По полной программе! – ехидно усмехнулся он и снова умоляюще завыл: – Ну пожа-а-а-луйста!
– Муженьки? – у меня аж дыхание перехватило. Значит, я всё правильно поняла и как-то умудрилась выскочить замуж, и вся эта гиперопека, забота и кормление были не из чистого гостеприимства… Вот ведь засада…
– О-о-о, владычица земная, морская и земноводная! – продолжал завывать котяра.
– Сам ты земноводный! – возмущённо фыркнула я. – И что они теперь будут делать?
– Известно что, – покосился на меня кот зелёным глазом. – Ох-мур-р-р-ять!
– Маньяки… – обречённо выдохнула я.
– Мужья, – невозмутимо поправил меня кот. – Впрочем, это одно и то же, – глубокомысленно изрёк он.
– Ты лучше объясни, как мне домой попасть и развод оформить, – схватилась я за голову.
– Сейчас расскажу, – с готовностью закивал он. – Слушай и запоминай! Берёшь бутылку спирта, меч и корзинку. Дожидаешься полуночи, идёшь в лес и ищешь там под столетними дубами бледные грибы на тонкой ножке. Счищаешь у грибов липкую кожицу, выпиваешь спирт для храбрости, потом съедаешь грибы и отмахиваешься мечом от всех, кто пытается тебе помешать.
Затем садишься под ближайшее дерево и улетаешь домой, чувствуя себя счастливой, свободной и разведённой!
Издав что-то невнятное, но очень гневное, эльф выхватил нож из яйца с нарисованным котом, и приставил его к горлу кота настоящего, для надёжности схватив этого говоруна за шкирку.
– Кей, мне сейчас не до шуток! – с укором посмотрела я на него.
– Ну ладно, ладно, и незачем так нервничать! – примирительно вскинул он лапки, и Даниэль его отпустил, буравя угрожающим взглядом.
– А если серьёзно, то ты из мира, который здесь называют Закрытым. Пути назад нет, лапонька. Ты на Миранде, детка, тут все живут тысячелетиями и развод не предусмотрен, смирись. То есть ты связала себя практически навечно с этими двумя бол… – кот осёкся, покосившись на нож в руках Даниэля, и быстро поправился: – большими мальчиками.
– Нет, я не верю, – внутри словно что-то оборвалось. – Это неправда! И ты так хорошо говоришь по-русски – наверняка ты сам с Земли! – хваталась я за соломинку.
– Я ведь как-то попала сюда, значит, должен быть путь назад!
– Гипотетически это возможно, – согласился кот. – Но чтобы разобраться, как ты очутилась здесь и как найти обратную дорогу, у тебя могут уйти столетия. Или больше. А сам я парень местный, абориген. Я лингвар! У меня дар такой. Что бы я ни говорил, меня все понимают. И я всех понимаю. Раньше лингвары были оборотнями.
