Я попыталась изо всех сил пнуть этот мага по голени и, преодолевая отвращение, укусила его за наглый упругий язык, хозяйничающий во рту, но Догерти лишь довольно хмыкнул, подхватил меня на руки, как пушинку, и занёс в клубящийся коричневым туманом портал, который захлопнулся прежде, чем Кей заметил моё похищение.
– Где Райниэль? – выкрикнула я ему вопрос сразу, как только меня поставили на ноги посреди какого-то слабоосвещённого каменного мешка, в центре которого находился железный стол с разноцветными колбами, серыми камнями и пучками непонятных трав.
Больше всего это мрачное помещение напоминало лабораторию сумасшедшего учёного, и я передёрнула плечами, представив, что за жуткие опыты могли тут проводиться.
Разумеется, требовать меня отпустить либо угрожать мужьями было бесполезно. Плакать и умолять тоже. Всё равно этот тип добровольно меня не отпустит. А вот где сейчас мой свёкор, чей облик так нагло присвоил себе тёмный маг, – об этом он вполне мог бы мне рассказать.
Конечно, в том случае, если обладает даром лингвара, как Кей или императоры.
– Где Райниэль? – снова сквозь зубы процедила я, наблюдая, как родные и знакомые черты лица начинают подёргиваться дымкой, сквозь которую проступает совершенно другая личность – лысая, наглая и немного безумная, если судить по тьме, клубящейся в холодных серых глазах.
Догерти произнёс в ответ целую тираду, из которой я не поняла ни слова.
По крайней мере стало ясно, что общаться у нас с ним не получится.
Разве только жестами. Интересно, как в этом мире надо пальцы сложить, чтобы послать кого-то лесом? Надо было Кея спросить. Упустила я этот момент в своём образовании.
Я храбрилась, но в душе всё заледенело от страха. И больше всего я боялась за своих малышей. То, что Догерти не собирался меня убивать, было очевидно. Он хотел как-то использовать мой Дар. Вот только как? Для чего? И какой ценой?
Единственное, что меня хоть как-то успокаивало, – это мысль о том, что мужья меня непременно найдут.
В этом я вообще не сомневалась. Они же у меня такие умные и сильные! Надо просто продержаться до их прихода.
– Где Райниэль? – в третий раз сурово спросила я этого лысого гада.
Тяжело вздохнув и с укором покачав головой, Догерти озадаченно окинул меня взглядом с ног до головы, словно не понимая, почему его пленница – такая хрупкая и мелкая – смеет качать права, а не бьётся в истерике.
