И еще: чтобы через пять минут я получил полный доклад о том, с кем ты летишь и что за рухлядь наняла. Я должен быть в курсе, какой сброд ею управляет. Молись, чтобы они не оказались контрабандистами или повстанцами. Корпорация должна выглядеть чистой. Чтобы и тени на нас не легло. И еще передай этому тряпке, которого я приставил к тебе: он уволен.
Красная как рак от стыда, я наконец сделала глубокий вдох. Давление исчезло, мы вышли в открытый космос.
– Я не слышу твоего ответа, Лидия! Ты все уяснила своими корявыми мозгами?!
– Прости, папа, – выдавила я из себя, – но, кажется, я тебя не поняла.
У меня бывает, ты же знаешь.
Нажав на клавишу трясущимся пальцем, заблокировала его номер. Уже навсегда.
На мостике повисло тяжелое молчание. Меня колотило. Такое унижение, плакать хотелось.
– Мм… а вам инженер на корабль не нужен? – подал голос Друз. – Я дипломированный специалист.
Ему никто не ответил. Все в упор смотрели на меня не отрываясь.
Убрав планшет, я тщетно пыталась сделать вид, что сейчас вообще ничего не произошло.
Да только нижняя челюсть предательски тряслась. В глазах щипало.
– Лидия… – Маркус коснулся моего плеча.
– Не сейчас, док, – прошептала, не глядя ни на кого. – Я пытаюсь понять, что делать дальше.
– Мы ведь уже все решили, сестренка. Встряхнись. Выясняем, что произошло на Ойконе, находим этого кота и сливаем все в прессу.
– И что мне это даст?
– Свободу от отца. – Его ладонь сжалась, успокаивая.
– Что я с ней буду делать, Маркус?
Я нашла в себе силы посмотреть ему в лицо.
– Жить, Лидия, – улыбался он. – Полноценно. Дышать полной грудью. Узнаешь, что такое счастье. Ты же ничего не видела. Все, живи. Радуйся, нет его больше. Ни его, ни крысы этой – сестры твоей.
– Я осталась одна…
– Почему же одна? Ты никогда не была одна, сестренка. Я с тобой, всегда рядом. И никакие силы не помешают мне вернуть тебе твою жизнь. Расслабься и забудь о нем. Нет его больше. Не ходит он над твоей головой.
Слабо улыбнувшись, я облизала пересохшие губы.
– А сестрица у тебя, мамзель, страшная.
И глаза твои очень даже красивые, я таких еще не видел, – пробасил Дик. – Они реально крутые. И волосы у тебя густые, а у этой прилизанные. И серая она, и скучная, а ты огонь.
– Мамлиза красавица. – Теперь я краснела от смущения.
Комплиментов мне еще не отвешивали.
– Нет, Лидия Илистрон. – Айзек откинулся на спинку кресла и оценивающе прошелся по мне взглядом. – Красивая ты. Необычная, да. Цепляющая, а вот та, вторая, – курица, каких полны доки.
