Айзек рычал и приказывал всем возвращаться на корабль. Дергал бедного Дика, тащившего его вперед.
Но… Все понимали: чем быстрее мы разживемся сотней галлов, тем скорее сделаем отсюда ноги.
К тому же Ан упорно отказывался внимать словам капитана. В ответ он бухтел о том, что раз нас уже заметили, то второй раз с арены могут просто не выпустить. А известие о землянке разлетится быстрее пожара, и к вечеру каждая прибордельная собака на нижних платформах будет знать, что на станции женщина-натуралка.
– Думаешь, я выпущу Лидию с корабля? – в который раз прошипел Айзек.
– Я завтра выйду на бой и возьму эту сотню. Не я, так Дик выйдет.
– Ну да… – Наш амбал неопределенно почесал лоб.
– Выйти, может, и выйдете, а назад – это уже вряд ли, – ровно произнес Друз.
– Айзек, так ты тоже повстанец, – поддержала я друга. – Что, неужели желаешь получить кусочек моего тела?
Взглянув на его заплывшие от кровоподтеков глаза, довольно хмыкнула. Он промолчал. Но чудилось мне – еще припомнит это самоуправство.
Поднявшись на нужный ярус, мы остановились у стриптиз-бара. Над железными дверями болталась криво-косо прибитая вывеска, где вместо букв красовались нарисованные женские прелести.
– Мм… Я так понимаю, читать тут мало кто умеет, поэтому изъясняются картинками.
– Конечно, Лидия, взглянешь и сразу смекнешь, что здесь практикуют. – Ан задумчиво кивнул. – И все же, пока мы еще по эту сторону двери, осмелюсь спросить. Ты хотя бы представляешь, что здесь происходит?
– Ан, не такая я уж и дремучая.
И напомню, нам нужны деньги.
– Я понимаю, но это стриптиз…
– Верно, – кивнула я, – и нам нужны деньги. К тому же демонстрировать грех – это не значит, что ему предаваться! Разве не так, Друз?
– Мне весьма по душе твоя логика. – Ан покосился на капитана. – Но думаю, проблемы нам эта разовая акция еще принесет.
– Да! Я не желаю, чтобы на нее глазели, – взвыл Айзек.
– А я бы посмотрел. – Кажется, Дик единственный, кто полностью поддерживал мою идею. – Ты же, мамзель, можешь… ну это… задом фьють-фьють в разные стороны?
Умела ли я танцевать? И да.
И нет.
Мамлиза серьезно занималась хореографией. Я тоже хотела, но отец был категорически против.
Некрасивая, деревянная, скованная, угловатая, и вообще нечего сестру позорить.
Я была раздавлена его отказом, но это не помешало мне пролезть в зал, где занималась сестра, и установить там камеру. Да, я училась танцевать, глядя на нее через 3D-мониторы.
Многое не получалось, многого не понимала.
