Ага, поди подбери их, чтобы эта бесчувственная стальная жердина сжалилась.
Собравшись с мыслями, открыла рот и вдруг поняла, что не хочу, чтобы мой лепет слышали все.
Ну, не знаю почему. Вроде и тайн особых не было, а ощущать себя такой жалкой и никчемной не хотелось.
– Лидия, ты можешь сказать это только нашему капитану, – пришел мне на помощь Маркус. – И это будет только между вами. Нам слышать необязательно.
– А мне интересно! – возразил Дик. – Что там за беды у богатеньких.
– Ты бы о себе подумал, мил человек, – зашипела над его ухом позабытая им Ти-си.
– Теперь у тебя свой перечень проблем. Я сделаю из тебя человека. Или добью поганца.
Вздрогнув, Дик умолк, выпучив глаза.
Полупрозрачная голова Ти-си приняла демонический вид и жутко расхохоталась. Проняло даже меня.
– Лидия, – вернул мое внимание Маркус, – у нас действительно мало времени. Поговори с Айзеком, а мы выйдем.
С этими словами он мягко развернул дощечку Ким и подтолкнул ее к выходу.
Комната опустела.
Мы молчали.
Разглядывая яркий пульт управления, бегающие по его панели разноцветные огоньки, не знала, какие слова говорят в таких случаях. Тут одного пожалуйста маловато будет.
На экране над штурвалом на мгновение вспыхнул красный огонек и погас. Мимо станции пронесся межзвездник."
"– Лидия, мы потеряем не больше двух недель. Это некритично. Тут в убытке, скорее, буду я, а не ты. Ну пойми, здесь только два способа разжиться наличкой. Бои и стриптиз. Я не слаб, но все же реалист. Ребятки здесь живут ареной.
Каждый день на эту станцию прибывают корабли с уставшими экипажами. Всем хочется размяться, выплеснуть накопившуюся усталость, и они спускаются вниз. Встают на бой с местными, которые буквально выбивают с них деньги. Да, я с имплантатами и в разы сильнее любого натурала, но там у бойцов ничего естественного, мамкой данного, не осталось. Мозги и те отбитые, датчиками нашпигованные.
– Это так безнадежно… – Мой голос упал.
– Я могу отстоять бой, второй наверняка проиграю, но и в таком случае заплатят.
Но, Лидия, я должен знать, за что меня ломают. Целым мне не уползти, девочка.
Сникнув, я села в большое кресло и сложила руки на коленях.
– А если станцевать? – Я с надеждой взглянула на него.
– Ты не стриптизерша…
– Айзек, да ради того, чтобы не возвращаться, я в чем мать родила там юлой крутиться буду. Энергию от силы трения собирать можно будет. И мне все равно, перед кем изгибаться, лишь бы заплатили.
