Квартира оплачена до конца года, денег кину тебе на карту и вот, — подошел ближе и поставил перед ней футляр с украшением: бриллиантовая подвеска и серьги в комплекте. Отец учил быть щедрым и внимательным с женщинами, пригодится в жизни. Камилла доставляла мне удовольствие, и безделушка — знак моей благодарности.
— Марат… — губа задрожала. Да, она признавалась мне в любви. Я не верил. Увлеклась — это да. Роман со мной многое открыл для нее: места, люди, качественный секс. — Я… Я… Я буду скучать…
Ее искренне расстроенный вид возбудил.
Я уже столько раз виноват, что количество соитий не имело значения. Лишние пару оргазмов не сделают мою карму чернее, некуда просто.
— Иди в душ, детка. У меня сегодня королевская ночь. Мне не нужны слезы в постели…
Глава 10
Полина
Наконец мы с детьми возвращались домой! Лето почти закончилось, вероятно, поэтому над Москвой уже кружили тяжелые сизые тучи. Марат заказал для нас частный небольшой джет, обеспечил нам комфорт и мне облегчение. По отдельности с Лианой и Ильдаром легко, но вместе они искрили — покоя не было бы никому в полном боинге: хоть в бизнесе, хоть в экономе.
— Дети, нужно присесть и пристегнуться, мы приступаем к снижению.
Я меланхолично наблюдала, как мои бандиты носились по компактному салону, а стюардесса мило пыталась уговорить их. Наверняка ей охота гаркнуть, но тысячи евро, которые мы заплатили, не позволяли.
— Лиана, Иль! — грозно крикнула я, даже брови свела. — Сели и пристегнулись, быстро!
Иногда с ними по-другому никак.
Я очень их любила, но понимала, что дети — это не всегда прекрасные херувимчики. Иногда это дьяволята, которых не обязаны любить посторонние люди и умиляться шкодным проделкам. Стюардесса посмотрела на меня с благодарностью. Я взглядом дала понять, что все мы, женщины, сестры.
— Я с мамой! — сказал Ильдар, присаживаясь рядом."
"— Нет, я! — Лиана тут же в спор пошла. Они не разлей вода, но тут же могли разругаться в пух и прах или даже подраться, но стоит разлучиться даже на время — гасли, как перегоревшая лампа.
Все-таки двойняшки и близнецы — особенные дети.
Я крепко обняла их обоих, пресекая назревавший конфликт, и чмокнула в маленькие носики.
— Я люблю вас обоих одинаково, — шепнула. — Скоро мы будем дома, но чтобы долететь, нужно слушаться бортпроводника. Сесть, — указала на два места напротив меня, — и пристегнуть ремни. Мы же не хотим, чтобы пилот посадил самолет где-нибудь в Латвии, и мы пешком через белорусские леса шли домой.
