Паша остановился у бордюра и скинул с плеча рюкзак, чтобы мы переобулись. Если честно, Реутов удивлял меня. Очевидно же, что точно не планировал поразить меня, но поражал.
— Я сто лет не катался на аттракционах. В последний раз в Абу-Даби в Феррари-парке. Но это было лет десять назад.
— А я бываю здесь частенько. Пару раз в год точно.
— У тебя дети. Я ж с мужиками не приду, одному стремно…
— А с женщиной? — приподняла бровь.
— Разве что с самой прекрасной, — взял меня за руку.
Ах, мужчины, большие дети в душе.
Вроде как не почину, а поиграть хочется. Понятно же, что телочку типа Камиллы сюда не поведешь, а его замужние пассии нуждались в другого рода адреналине.
— Каталась на этом?
Я осмотрела крутящуюся штуку. Я детей сюда приводила, но сама не рисковала. Марат такие выезды не очень любил и если мог пропустить толпу орущих детей, большие очереди и не вкусную еду, то пропускал.
— Это не гипнотик, а тошнотик какой-то, — с сомнением проговорила.
— Поль, у меня если что, пакетик есть, — подначивал Паша.
Я отнекивалась, но он умел уговаривать, ведя за руку. Вроде выбор есть, но ты уже сидишь пристегнутая, вцепившись в ремень безопасности.
Этот аттракцион еще ладно, но когда этот кудрявый гад затащил меня на 360° с полным переворотом — я орала и материлась.
— Пашка, ну ты сволочь! А-а-а! — очередной переворот. — Я тебя ненавижу!
Агрегат остановился, и мы сошли. Я покачивалась, злилась и нервно смеялась. Страшно. Паша обнял меня. Я позволила и даже головой прижалась к его предплечью.
Я не могла назвать Пашу моим надежным крепким плечом, в первую очередь, потому что он не мой. Но я очень рада, что он появился в моей жизни. В первый раз это была крышесносная влюбленность, сейчас приятное общение с легкой долей флирта. То что доктор прописал!
— Смотри, — кивнул на стенд с мелкими снимками, которые делали во время катания. Реутов нашел мой: у меня безумные глаза и открытый рот, от него только рука и несколько коротких солнечно русых кудряшек.
Паша купил фото и бросил мне в сумочку. На память.
— Спасибо, — обратно мы шли пешком и как-то уютно говорили о всякой ерунде, избегая неприятных тем: моих, его, общих. — Мне понравилось, Паш.
— И мне понравилось, Поль, — невесомо коснулся моих волос, с которыми играл ветер. Сердце чуть-чуть забылось быстрее, откликаясь на невинную ласку. Я сглотнула и улыбнулась по-дружески.
— В следующий раз на мультики пойдем? — подмигнула игриво.
