Загитов мог врать себе, но его поступки и их последствия говорили об обратном.
— Ложись спать, малышка, — поцеловала и поправила одеяло. Сама отправилась на кухню, хотела взять на привычном месте таблетку легкого снотворного — последние недели сон совсем ушел от меня, мысли съедали и днем, и ночью. Увы, но привычных мест здесь пока нет…
Ты текла для меня…
Сосала мой член…
Не оттащить…
Марат умудрился и здесь насолить, отравить гадостью. Да, я сосала его член после промежности другой женщины! Принимала с восторгом! Целовала там же, где были губы давалки, как назвал ее Марат.
И он позволял! Наслаждался! Вероятно, испытывал тайное наслаждение, унижая меня духом другой!
Спазм скрутил неожиданно, едва успела к раковине. Меня нещадно рвало, желчью и слезами. Увы, но вода в женском организме слишком часто выходила с плачем. Доля, видно, у нас такая.
Села на пол, к стене прижалась, ноги подтянула и обняла колени. Меня снова лихорадило. Когда это кончится? Когда смогу забыть мужа и отпустить эту боль?
— Мама, тебе плохо? — опять Лиана.
Да что такое!
— Просто устала, — незаметно вытирала слезы и прятала дрожавшие руки. — Ну почему ты не спишь? Завтра в школу.
— Папа обидел тебя? — она стояла на своем. Когда успела стать такой взрослой и догадливой?
— Иди сюда, — посадила рядом. — Прости меня, доча, но как раньше уже никогда не будет. Я не смогу как раньше, — погладила по волосам и прижала к себе. Она снова плакала. Я едва сумела подняться с этой обезьянкой на руках. Хотела уложить и пойти на диван, но она попросила лечь рядом.
Хотя уже несколько дней спала сама, как взрослая. Рядом с дочерью мне удалось заснуть. А проснулась в коконе из любящих рук. Ильдар тоже пришел и лег с другой стороны. С такой поддержкой ничего не страшно! Я просто обязана выиграть!
Я не ходила в спортзал, наверное, с самого отъезда с отцом на лечение. То одно, то другое, потом вообще не до тренировок стало. С фигурой у меня порядок, здоровый образ жизни и правильное питание — моя вторая сущность, а вот силу и сноровку потеряла.
Пора восстанавливать. Мне слишком часто в последнее время приходилось сталкиваться с мужской агрессией.
— Артем, привет, — переоделась, размялась и зашла в зал единоборств. Осмотрелась, слегка ошалев от перестановок: в сердце зала теперь красовался ринг: мужчины в основном боксировали, но кто-то на татами упражнялся в тхэквондо и каратэ. — Слушай, а у нас теперь боксеры занимаются?
— Долго тебя не было, Полина, — покачал головой Артем.
