Бойцы «Стикса» отступили, опуская оружие, окружили центр подземелья, куда вышли Витязь и слуга Черного Вея.
Из-за выбитой двери в бункер с Вратами прилетели лязг и треск, будто внутри появился и начал ворочаться танк. Проем двери осветили вспышки света, зеленоватые, синие и желтые.
Оба посмотрели на вход в бункер.
– П…ц твоему учителю! – растянул в неприятной ухмылке узкие губы Дехкоев. – Хрис ему яйца отрежет! Хозяин дал ему ниргуну, он сейчас практически сорокалетний.
– Посмотрим, – сказал Георгий.
В то же мгновение Дехкоев бросил в него нож и метнулся вперед, демонстрируя примерно такое же владение сверхскоростным режимом, что и сам Георгий.
От ножа Георгий уворачиваться не стал, чтобы не терять времени, просто подставил плечо в «железной рубашке» волевой психозащиты, и лезвие ножа, пропоров куртку, скользнуло по предплечью и застряло в складке рукава. Георгий же качнулся в сторону, в другую, сбивая противника с боевой траектории, и «вынес» центр тяжести за пределы тела. Этот прием позволял бойцу маневрировать на уровне «облачных скольжений», а противник не мог ударить и поразить его, так как «вынесенный» центр тяжести становился виртуальным и легко перемещался вокруг тела.
Удары противника при этом как бы проваливались в «пустоту».
Купился на этот прием и Дехкоев. Он дважды промахнулся, получил хлесткий удар по уху, отскочил, не понимая, почему его противник двоится, зыбко качается и исчезает из поля зрения, несмотря на то что он сам двигался исключительно быстро.
Из бункера в подземелье вырвалась еще одна серия вспышек и визжащих «танковых лязгов», но сражавшиеся не обратили на них внимания.
Развязка боя постепенно приближалась, так как Дехкоев не владел таким богатым арсеналом приемов, как его противник, и все больше отставал в темпе. Да, он не боялся боли и надеялся на свою силу, веря, что ни один удар противника не убьет его и не остановит. Однако он ошибся, полагая, что его возможности живогомертвеца – навьего воина дадут ему преимущество в рукопашной схватке с Витязем.
«Пора!» – сказал сам себе Георгий, чувствуя, что бой в бункере между колдуном Храма Морока и волхвом закончился.
Он сделал несколько ложных замахов и движений, заставляя майора отвлекаться на защиту, закрутил две спирали ударов – расходящуюся и сходящуюся, объемную, направленную «внутрь», и нанес два удара: ножом в глаз (вытащив нож майора из рукава) и рукой-«копьем» в грудь, напрягая руку на последнем движении в завершающей фазе удара.
