– Чем будем заниматься? – торопливо добавил Антон.
– Спать! – объявили Максим и Данила в один голос и озадаченно посмотрели друг на друга.
Все засмеялись.
– Что ж, давайте расходиться по апартаментам. Катя, Даша, за мной!
Девочки с удовольствием высвободились из руки матери, побежали за отцом умываться.
Владислава взяла мужа за руку, повела в спальню.
– Ты тоже спишь на ходу. Что с вами сделали там, на поляне?
– Имплантировали совесть, – пошутил Антон, оглянувшись.
Максим и Данила остались вдвоем.
– Я действительно спать хочу, – сказал Максим.
– Такое впечатление, будто на мне воду возили.
– Аналогичное впечатление и у меня, – признался Данила. – Но я все же спать не пойду, порисую. Надо закончить последнюю руну. А ты лучше спой что-нибудь веселое.
Максим засмеялся.
– Ну, если я петь начну, весь дом проснется. Это у тебя работа тихая – сиди и води рукой по бумаге. Я с тобой посижу, если не помешаю.
– Без проблем. – Данила начал разворачивать свои холсты.
До позднего вечера Данила вырезал на дощечке руну, поглядывая на карандашный эскиз.
Получалась интересная фигура, слегка напоминающая две соединенные основаниями куклы-матрешки. Максим наблюдал за работой художника, затаив дыхание, буквально медитируя от процесса, и даже подходившие к ним время от времени Громов и Пашин тоже подолгу разглядывали руну. Наконец, к двенадцати часам ночи руна была закончена. И, словно дождавшись этого момента, в квартире появились гости. Точнее, Иннокентий и Георгий привели человека, при виде которого мужчины оживились и заулыбались.
– Терентий! – сказал Илья, пожимая руку гостя.
– Тереха! – облапил его Антон. – Рад тебя видеть! Ты совсем не изменился."
"– Я тоже рад вас видеть, – ответил Терентий Ратников, три года назад принимавший участие в схватке с бесовскими силами. – Привет, заговорщики! Ну-ка, колитесь, что вы тут задумали!
Вышли из своих комнат и женщины, обрадованные встречей не меньше мужей. Начались расспросы, воспоминания, Ратникова познакомили с Максимом, и он с удивлением вгляделся в смущенного Данилу.
– Ба, да это же младший Ломов! Ну и вымахал, однако! Встретил бы на улице, не узнал!
Внезапно одна из ламп бра на стене мигнула и почернела.
В комнате стало тихо.
– Черт побери! – с расстановкой сказал Антон. – Неужели и здесь работает эта чертова БАЗа?
В гостиной появился Иннокентий, поманил пальцем Георгия, они вышли в прихожую.
– Такие вот пироги, – развел руками Громов. – Никуда от этого не деться.
