"
"Резко вдохнув, Ясон сбросил одежду, довольный тем, что его пет уже ласкает себя, не дожидаясь приказа хозяина. Возбуждение Рики заметно нарастало, дыхание становилось все глубже, прерывистей. Блонди устроился рядом и начал медленно поглаживать стройное тело, покрывая поцелуями шею. Монгрел отчаянно хватал ртом воздух, доводя до исступления Ясона, коварно дразнившего его своим языком.
— Ясон! — шепотом позвал Рики.
— Да?
Пет умолк, его тело сотрясала дрожь.
— Ну, давай же. Говори.
— Прошу, сделай это... со мной.
Почувствовав вкус победы, Ясон только сильнее распалился и тут же взялся за дело, блуждая языком по упругому животу, пока не добрался до твердого члена, который затрепетал от легкого касания. Ясон облизал головку, уже истекающую соком, получая в награду от любимого пета вздохи удовольствия. Наконец, он взял член Рики в рот, и судорожное дыхание пета вперемежку с охами и стонами напомнило блонди о собственной неутоленной жажде. Пока Рики в забытьи перебирал золотистые локоны хозяина, Ясон добавил к своей отточенной технике мастерские движения языком, и его охватило непреодолимое желание слиться со своим петом воедино.
В момент разрядки крики монгрела в полумраке комнаты подлили масла в давно уже пылающий огонь.
Позволив пету слегка отдышаться, Ясон требовательно прижал руку к его губам. Рики покорно раскрылся, блонди увлажнил пальцы слюной и стал готовить его к проникновению. Он без труда скользнул внутрь: монгрел был неплохо натренирован. За первым пальцем последовал второй, и Ясон уже не в силах был сдерживать нахлынувшую похоть.
Он без церемоний перевернул Рики на живот, подтянув его бедра вверх, чтобы проникнуть как можно глубже. Дыхание сбилось, и блонди, прикрыв глаза, собрал волю в кулак. Тело само подалось вперед, и ствол прижался к аппетитной дырочке. Не поддаваясь мучительному желанию вогнать свой член до упора в покорное и беспомощное тело, Ясон продвигался медленно, позволяя Рики привыкнуть, прежде чем всерьез взяться за покорение жарких глубин.
И тут же понял, что идет вразнос.
То ли слова Рики, то ли его холодность этим вечером вынудили Ясона рвануть вперед с яростным напором, чтобы выплеснуть скопившуюся горечь и злость на пета-полукровку, который наотрез отказывался дарить любовь своему хозяину. Крики монгрела окрасились болью, и Ясон понял, что доволен таким поворотом и готов ломиться внутрь, не ведая жалости. Возможно, до сих пор он был незаслуженно мягок. Возможно, пету пришла пора узнать, каков он, Ясон Минк, в гневе.