Теперь как дракон утащит его в своё логово и будет чахнуть над сокровищем.
А я? Я – приложение к сыну? Необходимый атрибут для его роста и полноценного развития?
Надеюсь, из Сафина получится хороший отец.
Когда мы остались одни – я лежала с льдом на животе, муж носил по палате нашего сына – осторожно сказала:
- Руслан, я хочу назвать сына Ярославом.
Понимала, что моего мнения никто не спрашивал, но надеялась, что имею на него право.
- Ярославом? - изогнул густую бровь муж. - Почему раньше не говорила? Я Тиграном хочу назвать.
Это сильное имя, поможет сыну стать настоящим мужчиной.
Вот вроде объяснил, почему Тигран, но мне стало обидно – я ведь тоже не с потолка Ярослава взяла. У меня не меньше ассоциаций – Ярость, Слава, Ярослав Мудрый. В конце концов, Ярослав Русланович прекрасно звучит.
Муж присел на край кровати, не выпуская малыша из рук. Ребёнок мирно спал, смешно морщась и посапывая.
- Вера, прости, но давай ты дочку потом назовёшь, а имя сыну выберу я?
«Боже, что творится? Сафин снизошёл до извинений и просьб? Это его совесть замучила.
Насмотрелся, как нелегко женщинам детки достаются и проникся моментом?»
- Руслан, о втором ребёнке пока рано говорить, - мне до зубовного скрежета хотелось настоять на своём. Отвоевать право участвовать в жизни сына.
Муж аккуратно положил ребёнка в пластиковую каталку, вернулся ко мне и погладил по голове:
- Малыш, я знаю, что ты устала, раздражена, сегодняшний день тебя вымотал. Давай мы завтра обсудим вопрос с именем? Хорошо?
Он наклонился и коснулся губами моего лба.
«Как покойницу поцеловал», - мрачно подумала.
- Здесь нечего обсуждать. Если не нравится имя Ярослав, то давай ещё какие-то варианты обсудим. Но Тиграном он не будет! - выпалила в сердцах.
Сафин смотрел с недоумением. Я же никогда с ним не спорила, соглашалась, кивала, делала, как он велел. А тут такой демарш.
- Вера, тебе надо поспать. Я приду завтра, и мы продолжим разговор.
Он ещё раз чмокнул меня и вышел из палаты. Сын заворочался, словно почувствовал – отец, большой и сильный, ушёл.
Больше нет рядом гаранта безопасности и благополучия."
"Осторожно вынула ребёнка из колыбельки и приложила к груди. Он жадно схватил ртом сосок и начал причмокивать. Почти прозрачное молочко полилось из уголка рта. Я почувствовала, как рефлекторно начала сокращаться матка. Любовь к этому тёплому комочку окутала меня с ног до головы, укрыла своим незримым крылом, даруя покой и умиротворение.
