Врач окинул Александра Михайловича взглядом и бодро сказал:
– Да нет! Что он ел?
– Салат, – принялась перечислять я, – свиную отбивную с картошкой, хотел еще пирожок слопать, но не успел, падучая скрутила. Скажите, его можно вылечить или он уже навсегда таким останется?
Александр Михайлович застонал и закрыл глаза.
– Сделайте что-нибудь! – возмутилась Зайка. – Человеку плохо. Может, он сейчас умрет, а вы про еду расспрашиваете.
– Кто вам сказал про эпилепсию? – спросил доктор, изучая полковника. – Вот уж глупость! Что он проглотил?
– Рассказала уже, – я пришла в негодование, – салат, эскалоп…
– Да нет, – отмахнулся доктор, – я сразу же спросил: что это?
Его указательный палец с аккуратно стриженным ногтем уперся в пачку таблеток, лежащую на столе, возле прибора Дегтярева.
"
"– Лекарство от кашля.
– Какое?
– Ну, не помню название, самое простое, абсолютно безвредное…
– Ага, – бодро сказал терапевт, повертел в руках упаковку и заявил: – Ясненько! Ванная комната в доме имеется?
– Четыре штуки, – ответила Зайка, – вы хотите принять душ? Право же, сейчас не время.
– Давай, Олег, готовь промывание желудка, – спокойно велел эскулап.
– Зачем? – завопила Маня. – У дяди Саши эпилепсия, а на примере обезьяны я знаю, что лечить ее надо совсем иными методами!
Полковник, открывший было глаза, мигом закрыл их и издал такой жуткий звук, нечто среднее между стоном и воплем, что Хучик, до недавнего времени мирно спавший на диване, сел и завыл, словно волк на луну.
– Вона, – театральным шепотом просвистела Ирка, роняя кухонное полотенце, – вона как! Собаки всегда смерть чуют!
И она начала креститься.
– Очень уж ты умная, – недовольно скривился доктор, глядя на Маню, – все про обезьян и эпилепсию знаешь. Ну-ка, прочитай, что на упаковке написано.
Маруська схватила пачку.
– «Гидропирит, только для наружного применения».
– Сухая перекись водорода! – закричала Зайка. – Ну ни фига себе!
– Вот почему пена лезет, – подхватил Кешка, – а ты завела: эпилепсия, эпилепсия!
– И зачем вы ему дали внутрь средство, которым бабы волосы осветляют? – ехидно поинтересовался терапевт.
– Конечно, насмерть отравить подобной штукой нельзя, но промывание желудка тоже неприятная вещь.
– Хотели полковника от кашля избавить, – пробормотала я.
– Как ты могла перепутать! – ринулась на меня Зайка.
Я развела руками:
– Случайно, упаковки похожи.
– С ума сойти, – не успокаивалась Ольга, – разве ты не прочитала название лекарства?
– Нет, – удрученно ответила я.
