Действительно, вся страна перешла на летний отсчет времени.
– Ступай в кафе «Лиза», – велела подруга, – подожди меня там.
Марина Сергеевна пошла по указанному адресу, втиснулась в тесно набитый людьми зальчик, заказала себе чашечку кофе и увидела… Льва Николаевича с Настей."
"Парочка, поглощенная друг другом, никого не замечала. Воротников весьма нежно держал девушку за руку, Настя смотрела на профессора влюбленными глазами. Марина Сергеевна прикрылась газетой и стала с любопытством наблюдать за чужим свиданием.
Лев Николаевич целовал Насте пальчики, та прижималась к кавалеру. Через некоторое время за Мариной Сергеевной пришла подруга, и ученая ушла, а Воротников и Кусакина остались.
На следующий день Марина Сергеевна, любопытная, как большинство сотрудников НИИ, решила продолжать наблюдение, но Лев Николаевич не выказывал никакого интереса к Насте и после окончания работы посадил к себе в машину не ее, а Ларису.
– Спрашивается, зачем скрывать роман с Настей? – недоумевала сейчас Марина Сергеевна.
– Может, профессор стеснялся, – предположила я.
– Господи, – всплеснула руками Марина Сергеевна, – да ему такое и в голову не придет!
– Я вам не помешала? – раздался голосок, и на лестничной клетке появилась маленькая, худенькая, если не сказать тощая, женщина неопределенных лет, одетая в халат, но не белый, а синий.
– Что ты, Анюточка, – проворковала Марина Сергеевна, – какие у меня могут быть секреты. Кстати, познакомься, это майор из милиции, расследует дело о том, как погибла Настя Кусакина.
Вот поговорите с Анютой, – обратилась она ко мне, – думается, ей есть что сказать про Настю!
С этими словами Марина Сергеевна швырнула окурок в ящик с песком и была такова.
Глава 23
Мы с Анютой уставились друг на друга. Следовало начать разговор, но у меня, как на грех, сильно заболела голова. Чувствуя, как к мозгам подбирается мигрень, я пробормотала:
– Будем знакомы, Дарья.
– Анюта, – ответила худышка и замолчала.
Я порылась в сумочке.
– Не дадите водички?
– Зачем?
– Хочу лекарство принять, не поможет, конечно, но для самоуспокоения все равно выпью.
– Что у вас болит?
– Голова. Мигрень. Слышали про такую болячку?
Анюта кивнула.
– Пойдемте.
Комната, куда она меня привела, была просто огромной, глаз не хватало, чтобы окинуть все помещение. Но в отличие от лаборатории Павла Николаевича тут ничем не пахло.
