Уэсли мне улыбнулся, но, несмотря на это, я снова начал волноваться.
Отец Уэсли пришел домой как раз тогда, когда миссис Кэрролл накрывала на стол. Высокого роста и плотного телосложения, с хорошо развитыми от постоянного физического труда мышцами, он выглядел естественно в своей рабочей одежде. И невозможно было не заметить грязь на его руках. Он уставился на меня, и я неловко улыбнулся. Уэсли представил нас друг другу, и миссис Кэрролл позвала всех к столу.
Разговор во время еды ничем не отличался от любого другого, обычно поддерживаемого за столом.
Я вежливо съел все, что положили на мою тарелку, хотя курица явно подгорела, а фасоль была безвкусной. Я понимал, что готовлю значительно лучше миссис Кэрролл, и чувствовал себя виноватым из-за того, что не смог оценить ее усилия.
- Торен, напомни мне тему вашего с Уэсли проекта, - попросила миссис Кэрролл, ковыряясь в своем куске курицы.
Все лица обратились в мою сторону, и мои щеки запылали. Уэсли толкнул меня ногой под столом и улыбнулся.
Я опустил глаза на свою тарелку и тяжело сглотнул.
- Эм, ""Акт об исключении китайцев"" восьмидесятых годов, - тихо ответил я, пытаясь разрезать жесткий кусочек курицы.
- О, Фрэнк! Ты не поверишь, - воскликнула миссис Кэрролл, хлопая ладонью по столу. - Когда я пришла домой, Уэсли делал домашнее задание!
Мистер Кэрролл хрипло рассмеялся, но кривоватая улыбка на лице мужчины производила странное впечатление, словно давалась ему с трудом.
- Да уж, действительно редкость, - пробормотал он.
При взгляде на Уэсли его улыбка исчезла.
- Ага, такая же редкость, как и мама у плиты, - проворчал Уэсли и тут же улыбнулся, превращая свои слова в шутку.
Миссис Кэрролл засмеялась, но ее муж бросил вилку на тарелку, а его лицо снова сделалось мрачным, и это угрюмое выражение казалось для него самым подходящим.
- Следи за языком, - предупредил он и посмотрел на Уэсли, прищурив глаза.
- Фрэнк... - начала было миссис Кэрролл, но остановилась, бросив взгляд в мою сторону.
- Извинись перед матерью, - потребовал мистер Кэрролл.
- Это была всего лишь шутка.
- Разве ты не слышал меня? Я сказал, извинись...
- Хорошо. Мам, я прошу прощения, - тихо сказал Уэсли, опуская голову.
За столом наступила неловкая тишина. Я не смел поднять глаза от тарелки. Мистер Кэрролл продолжил спокойно есть, как будто абсолютно ничего не случилось. Уэсли посмотрел на меня, а миссис Кэрролл тяжело вздохнула. Она спросила, не хочет ли кто добавки, и ответом было единодушное ""нет"".
