На ее лице ясно читалось удивление, вызванное поведением старшего сына. Возможно, она и ждала конфронтации с Уэсли, но никак не со Скоттом. Она смущенно огляделась кругом: противостояние между мной и ее мужем превратилось в спектакль, привлекая всеобщее внимание. Рядом со Скоттом стояла Мишель, и здесь же, вблизи, находились ее родители.
Мистер Кэрролл повернулся ко мне. В его глазах горел злой огонь.
- Это все твоя вина! Убирайся отсюда!
- Заткнись! - закричал Уэсли, закрывая меня собой.
Я еще никогда не слышал, чтобы в его голосе звучало столько бешеной злобы, и это по-настоящему напугало меня. Было глупо надеяться, что я могу спокойно прийти на свадьбу, и ничего плохого не случится. Уэсли всегда защищал меня, и теперь Скотт и даже Мишель вступились за меня.
- Я люблю его, - сказал я, вставая рядом с Уэсли. - И меня не волнует, что вы думаете по этому поводу. Я люблю его всем сердцем, и здесь вы ничего не можете сделать. - Мой голос, на удивление, прозвучал спокойно.
И твердо. Уэсли обернулся, и я почувствовал на себе его взгляд, но я сам смотрел только на его отца. Мои глаза сузились. - И, в любом случае, это не ваш выбор. Вы можете говорить все, что хотите, но это ничего не изменит. Я никогда не перестану любить Уэсли. И, кстати, мы геи. Не педики, а геи.
На лице мистера Кэрролла проступило озадаченное выражение. Вероятно, меньше всего он ожидал, что я решусь постоять за себя. И это только удвоило его гнев: он снова начал кричать, только на этот раз уже на меня.
Тогда Скотт вышел вперед и поднял руку.
- Папа, иди домой. Я не хочу видеть тебя здесь, если ты и дальше собираешься вести себя подобным образом, - мрачно произнес он, качая головой. Мистер Кэрролл попробовал было возмутиться, но Скотт был непреклонен в своем решении. - Я сказал, иди домой. Я больше не хочу тебя видеть.
Мистер Кэрролл уставился на Скотта, потом перевел взгляд на Уэсли и, наконец, остановился на мне.
Повернувшись, чтобы уйти, он покачал головой.
- Я думал, что воспитал тебя лучше, - сказал он на прощание в последней попытке ужалить."
"- Мы должны благодарить маму за то, что мы выросли не такими, как ты, - ответил Скотт, оставляя последнее слово за собой.
Миссис Кэрролл последовала за своим мужем, и Скотт повернулся ко мне с извинениями. Уэсли тяжело опустился на стул, глубоко дыша, как будто все это время сдерживал дыхание.
