На нем была одна из тех самых рубашек, которые подарила ему мама на Рождество.
Я покраснел и, взявшись за ее подол, помог ему стянуть ее через голову.
Усмехнувшись, Уэсли втянул меня в очередной мучительно-сладкий поцелуй, от которого у меня перехватило дыхание и снова потяжелело внизу живота.
- Пошли в кровать, - шепнул я ему на ухо, соскальзывая с его коленей. И, встав, потянул его следом за собой в спальню. На мне оставалась только одна рубашка.
Оглядываясь по пути, я ловил на себе взгляды Уэсли, полные откровенного желания, и отвечал ему тем же, жадно разглядывая его обнаженную грудь и живот, низко приспущенные на бедрах джинсы.
Когда мы упали на кровать, он принялся шарить по всему моему телу горячими ладонями, касаясь меня везде, не оставляя без внимания ни единого миллиметра кожи.
Избавившись от последней одежды, он перевернул меня на живот, и я встал на четвереньки, приглашающе приподнимая бедра. Широкая ладонь сжала мой член, и во мне оказалось сразу два пальца. Они начали двигаться внутри, и я охотно подавался навстречу этому нетерпеливому движению.
Прижавшись грудью к моей спине, Уэсли лизнул меня за ухом, и я почувствовал, как твердые горошинки его сосков легко царапнули лопатки.
- Поторопись, - простонал я, остро ощущая болезненную пульсацию внизу живота и стремительно подкатывающий оргазм. Все мое тело словно горело в огне.
- Мм, а я и забыл, каким несдержанным ты становишься в такие моменты, - мягко усмехнулся Уэсли и, убрав пальцы, медленно коснулся головкой входа, намеренно дразня и провоцируя меня на очередной нетерпеливый стон.
Добившись желаемого, Уэсли одним мощным толчком заполнил меня до конца и тихо рассмеялся на мое рассеянное ""Спасибо"", а потом сладостно застонал под давлением моих, рефлекторно сжавшихся, мышц. Ухватившись за мои бедра, он потянул меня на себя и продолжал делать так при каждом толчке, натягивая меня на свой член, а я дрожал под его напором, и волны удовольствия проходили по всему моему телу.
Кончая вместе со мной, Уэсли откинулся назад, хватая воздух, и, немного отдышавшись, медленно отстранился.
- Мой любимый вид, - промурлыкал он надо мной, и, переборов неловкость, я выгнул спину так, чтобы он мог лучше видеть, как его сперма стекает по внутренним сторонам моих бедер.
- Я люблю тебя, - прошептал Уэсли, прижимаясь к моей спине и удобно устраивая подбородок в выемке между шеей и плечом.
Я повернулся лицо так, что его губы скользнули по моей щеке, и шепнул в ответ те же три слова.
