Мой мужик был бородатый, а ты… нет, — складываю руки на груди.
Медведь хмыкает и усмехается с облегчением. Присаживается на кресло рядом. Даже подмигивает во все глаза наблюдающей за нами женщине лет шестидесяти, которая сидит в нескольких сиденьях от меня.
— В машине, пока в пробке стоял, сбрил.
— В наказание мне?
— Ну да.
— Жестокий ты…
Богдан вздыхает и обнимает меня за плечи, притягивает к себе и целует в макушку. По-родному так. Аж в груди спирает от чувств.
Я выдыхаю с таким облегчением, будто камень с души сняли.
Даже стыдно становится за свой побег.
— Я спешил, неудачно подкурил, она и прижарилась. Психанул и сбрил прямо в машине, пока в пробке торчал, благо машинка всегда автомобильная валяется в бардачке.
— Эх…
— А что, без бороды не нравлюсь? — смотрит с улыбкой.
Я поднимаю глаза и вглядываюсь в его лицо. Он одновременно и мой Медведь и… другой какой-то. Это же не будет считаться изменой, если этот “другой” мне тоже очень нравится?
— Чуть-чуть, — поджимаю губы и пытаюсь не улыбнуться.
Но выходит не очень.
— Поехали уже.
Богдан встаёт первым, помогает подняться мне, забирает чемодан, крепко берёт меня за руку и уводит к выходу.
Странное дело, как оно бывает с разницей в пару часов. Входила сюда с камнем на груди, а выхожу с лёгкостью такой. Только вот…
— Ай!
Низ живот снова прихватывает. Опять будто в туалет по малому прижимает, но только намного сильнее сдавливает. Мелкими иголками будто колет в самом-самом низу. А потом становится как-то горячо между ног.
— Божечки, — шепчу и без какого-либо стеснения ныряю рукой прямо в штаны.
— Что, Карина? — спрашивает Богдан, заметно бледнея.
Пальцы чистые, крови нет. Просто ощущение жара там какое-то.
— Не знаю, — вздыхаю судорожно. — Прихватило внизу. Вроде бы отпустило, но не до конца.
— В больницу?
— Да, давай лучше в больницу.
Я зажмуриваюсь, а потом пытаюсь взять себя в руки. Надо собраться. Кровотечения нет — уже хорошо. Богдан рядом — главное. Сейчас поедем в больницу и там мне помогут.
Главное, чтобы с горошинкам было всё хорошо.
* * *— Цистит? — удивлённо смотрю на доктора, но внутри всё прям расслабляется от облегчения, что малыши в норме, и мои системы, что обеспечивают их жизнь и развитие, тоже.
— Да, — врач берёт бланк и начинает писать на нём на латыни назначения. — Придётся пить антибиотики, Карина Витальевна. Но есть совместимые с беременностью, относительно безопасные препараты, не волнуйтесь.
— Относительно? — как уж тут не волноваться.
