«Нива» тоже куда-то отвалила, а ее место занял «Москвич» последнего выпуска, но со знакомыми антеннами на крыше."
"— Это не духи, — прокомментировал Глеб. — Вернее, духи, да другие, скажем так, официальные. Душман, он и в нашей конторе душман. Эх!.. И на людях нет нам покоя!
Через километр он начал притормаживать, вглядываясь вперед — дорожное полотно медленно сужалось, и было полное ощущение, будто сильная рука неотвратимо сжимает горло…
Глава 4
От первой встречи, назначенной Миротворцем в своей штаб-квартире, дед Мазай отказался, поскольку вовремя выяснил, что никакой обещанной конспирацией там и не пахнет, а напротив, готовится своеобразное заслушивание генерала на сборище единомышленников.
Во второй раз, спустя четыре дня, он осознал, с кем имеет дело, и теперь клялся, что не повторит прошлой ошибки и беседа будет строго конфиденциальной.
Дед Мазай предусмотрительно выслал разведку и убедился, что Миротворец выехал на встречу только с шофером-телохранителем.
Это был третий человек, усиленно ищущий с ним общего языка. Завлаб — непотопляемый, невероятно жизнестойкий в политике человек с бегающими, испуганными навечно глазами, — после встречи с генералом невероятно оскорбился, нашел себе соратников в лице Мерседеса с Участковым и, по сути, развязал войну в Чечне.
Могущественный, влиятельный «царедворец» Комендант, пытаясь поправить положение, тоже пошел на контакт с генералом и теоретически все сделал верно, однако не сумел выстоять перед натиском своих противников, обрек полицейскую операцию на поражение и в результате застрелился, хотя в официальном сообщении говорилось, что умер от инсульта.
Вообще-то за его смертью стояла некая тайна, раскроют которую, возможно, лишь потомки лет эдак через пятьдесят. Как бы там ни было, Комендант имел чистые помыслы государственника и волю русского офицера.
И вот теперь Миротворец, человек тоже в прошлом военный, после Приднестровья широко известный как национальный герой.