Верная гибель, самоубийство.
— Вместе с оппозицией. Поведем к власти Чеченца. Другого выхода нет. Командир «Молнии» встретился с ним, разработали совместный план действий. Спецподразделение… в общем, уже на марше.
— Авантюра, — заключил Комендант. — «Генсек» не потерпит Чеченца у власти. Начнется новый тур, новая игра…
— Но уже наша игра! Не по сценарию этих шаманов."
"— Это верно… Они боятся непредсказуемости. Но запомните, умеют все обращать в свою пользу, вынуждают бороться с самим собой.
А потом… исполняют танец на крови. Вы не видели ритуальных танцев?
Сыч глянул на него с подозрительной суровостью, должно быть, усомнился в здравомыслии Коменданта. Обычно люди такого склада ума и физической мощи были не подвержены никаким воздействиям магических сил и не верили ни в Бога, ни в черта.
— Не видели, — подытожил он. — И хорошо, никогда бы не видеть. Потому что жить становится невыносимо, теряются идеалы, вера в добро, в справедливость и благоразумие мира.
Взамен возникают десятки вопросов, а главный — кто управляет всей этой кухней? Транснациональные банки? «Большая семерка»? ЦРУ? Инопланетяне с летающих «тарелок»? Полковники в юбках?.. Кто? Кто меняет режим, объявляет или прекращает войны? Папа Римский? Президент США? Толковище воров в законе?
Собеседник слушал его и недовольно водил птичьим взглядом, вероятно, не готовый к такой откровенности и не расположенный к дискуссиям.
— Нет, нет, я некоторые ответы знаю, — попробовал он заинтересовать Сыча. — Кое о чем догадываюсь… Грядет эпоха власти над сознанием человечества. Отрабатываются модели, принципы, возможности психотронного оружия, готовятся религиозные войны, сталкивают лбами православие и ислам. Нет, я вижу, что происходит, только не знаю, как противостоять этому шаманству. Блокировать информацию в оба конца несложно: перекрою спутниковые каналы связи, поставлю на профилактический ремонт радиорелейную связь… А вот как остановить этого «Распутина» — ума не приложу.
Я ведь ее боюсь, если откровенно, иду мимо, глаза отвожу. Скоро фиги в кармане держать буду. Говорят, эту нечисть просто так и не убьешь. Только медной пуговицей…
Комендант замолчал, ощущая резкий прилив недовольства собой. Он как бы услышал себя со стороны и неприятно поразился, какая чушь получается вместо откровения.