Меч ткнулся мне в бок и прислал четкую и неожиданно длинную мысль:
“Вставай, пропустишь завтрак.”
Я неохотно приоткрыла глаза и спросила:
— Ты можешь со мной говорить? Это после источника?
“Конечно. Теперь в тебе есть частичка силы Аабергов.”
По голосу, который звучал в моей голове, я поняла, что меч невероятно доволен произошедшим. Интересно, его так радует возможность читать мне нотации, или что-то другое?
Тут я спохватилась, что мне надо скрыть метку. Пришлось вскакивать и шариться в шкафчике. К счастью, склянка с остатками раствора и банка крема никуда не делись.
На этот раз я была осторожнее. Сначала тонюсеньким слоем размазала по блюдцу крем, а затем выдавила на него крохотную капельку раствора. И только после этого все перемешала.
Теперь концентрация оказалась идеальной. Состав надежно скрыл остатки пятен и древо. Правда, смешивать приходилось в несколько приемов, чтобы не испарить новую крышу. Боюсь, второго такого проступка мне не простят.
Это заняло довольно много времени, поэтому на завтрак пришлось бежать.
Точнее, лететь — я попутно вызвала Стужу, и собака вмиг домчала меня до дверей корпуса. Парни уже вовсю хлебали горькую жидкость, и я поспешно упала на стул между Сигмундом и Эйнаром.
— У тебя все в порядке? — осторожно спросил Гест, который сидел напротив. — Выглядишь уставшей.
— Переписывала Свод правил до глубокой ночи, — пожаловалась я и зевнула.
Ответом мне были сочувствующие взгляды. Знали бы они, что вчера было. А Сигмунд негромко сказал:
— Куратор просил передать, что сегодня ты с нами подметаешь лестницу.
Я мысленно застонала. И это после вчерашнего! Но вслух я спросила:
— А вы за что наказаны?
— Да так, — отмахнулся Эйнар. — Ну что ты, Котика не знаешь?
Тут мне стало не до разговоров — я поспешно глотала супчик, который сегодня казался особенно мерзким. Только предупреждение Вестейна, что зелье поможет мне усвоить магию источника, заставило меня опустошить тарелку.
День превратился в томительное ожидание вечера. На тренировке Мистивиру пришлось работать за меня, потому что никакой силы я не чувствовала — только желание спать.
На уроках я клевала носом, на отработке у Бакке — делала домашнее задание. Старик сжалился, когда я рассказала, что сегодня меня ждет еще лестница. Снег пришлось чистить долго, но под разговоры с друзьями время пролетело незаметно, и мне почти совсем не хотелось спать. Ужин я проглотила, почти не жуя, и первой вышла из столовой.
Библиотека встретила меня пустотой.
