Называю адрес аптеки, которая находится в нескольких кварталах от дома моих родителей. Она имеет сквозной вход. То есть. Я войду с одной стороны и с одной улицы, а выйду на другой. Возможно, я перестраховываюсь, но все же…
Называю Вадиму адрес второй улицы, которая оживленная и выводящая на трассу.
– Хорошо, – отвечает собранно, – буду через два часа.
Вадим отключается, а я… я опускаю телефон сестры и собираюсь с мыслями, затем, уверенно разблокировав гаджет, стираю звонок.
Не нужно даже Крис знать, кому я звонила.
Пока никому не нужно ничего знать, потому что Петр еще та ищейка, и он может заподозрить неладное, а пока… пока я выбила для себя чуточку времени, пока он думает, что его жена становится половой тряпкой в его руках, он будет спокоен, а значит, не будет давить, значит, на какое-то время моя семья в безопасности, а дальше…
Дальше Царев мне подскажет, что делать. Откажет, возможно, но я должна постараться придумать хоть что-нибудь!"
"Ударяю рукой по стене и собираюсь с мыслями.
Выхожу из ванной и наталкиваюсь на сонную Крис.
– Черт! Как у меня болит голова! – ноет и пытается разлепить веки, на меня смотрит прищурившись.
– Иди в душ, папа, если тебя в таком виде увидит, рассердится, – отвечаю как можно тише и мягче, потому что моська сестры выглядит не самым лучшим образом.
Кивает и пытается подняться, помогаю Кристине, поддерживаю за локоть.
– Ну хорош, я сама, – бурчит и топает в ванную, а я возвращаю ее телефон на место.
Затем уверенно иду к шкафу, распахиваю створки и пытаюсь найти хоть что-нибудь, что можно надеть на встречу с Вадимом. Наконец, нахожу свое платье наподобие длинного свитера и решаю надеть его, на ноги идут балетки.
Расчесываю волосы, немного прохожусь блеском по губам и на этом заканчиваю свои приготовления.
Спускаюсь вниз и нахожу маму сидящей в кресле, малышня моя уверенно играет в игрушки на ковре. Обнимаю мамочку за плечи и целую в мягкую щеку.
– Спасибо тебе, – говорю от сердца, – ты замечательная бабушка…
Мама поворачивается ко мне и заглядывает в глаза.
– Нинуль, ты чего, моя хорошая? – улыбается, но в глазах проскальзывает беспокойство.
– Ничего. Просто я очень сильно люблю вас. Тебя, папу, Крис…
Бросаю взгляд на своих малышей и не продолжаю. За сыночков своих я жизнь отдам, не раздумывая… но маме не говорю, иначе поймет, кого я не упомянула в этой цепочке.
– Устала ты, Нина, я понимаю.
