И такого в церемониймейстеры? Мне показалось это обидным. Случайно я узнал о споре между ним и лакеем из-за жалкой чайной пары. И подсказал Дашевскому мысль истребовать удовлетворение в суде. Глупыш согласился! После я вооружил лакея нужными знаниями. Дважды водил его к присяжному поверенному.
– Кто оплачивал консультации?
– Я и оплачивал. Но слуга тоже полный был идиот, ничего не мог запомнить. Любой вопрос сбивал его с толку. Пришлось идти с ним в камеру и там подсказывать. Понимаю, это выглядит некрасиво. Но Дашевский и без меня постоянно судился!
– С кем?
– С домовладельцем, у которого снимал квартиру.
– С Осиным-Бруно?
– А черт его знает.
– Домовладелец говорил мне, что он в суд не обращался. Да, жилец постоянно задерживал плату, но в конце концов отдавал долги.
– Ну, может, я что-то путаю. Там были денежные недоразумения. Дашевский жаловался, что квартиросдатчик стращает его судом. А за неделю до… попался мне такой радостный. Сказал со свойственным ему бахвальством, что заплатил за жилье на год вперед.
Где только деньги взял? Вечно в долг клянчил и забывал отдавать."
"Лыков сделал на листе бумаги лаконичную заметку. Действительно, Осин-Бруно говорил то же самое. У жильца перед смертью откуда-то вдруг появились средства. А он, Лыков, упустил этот момент.
– Вы, стало быть, хотели подмочить Дашевскому репутацию. Правильно я понял ваши мотивы?
– Да. Нечего таким негодяям стоять подле священной особы Его Величества.
– Но ваша диверсия, похоже, не помогла. Устин Алексеевич фактически уже получил должность церемониймейстера.
– Не помогла, – вздохнул Арабаджев. – Уж больно его возлюбил князь Александр Сергеевич. Все прощал. Долгоруков велел нашему баловню ликвидировать долги, и тогда состоится его назначение. И Устин ликвидировал.
– Вы были среди его соперников?
– В каком смысле?
– Да будет вам. Все вы понимаете. Были или нет? Ходатайство подавали?
Арабаджев насупился:
– Ну, подал. Не я один. Почти все подали.
– Стало быть, вы соперничали с Дашевским за место, – констатировал сыщик.
– Я подал на всякий случай. А сам, как уже сказано, ничего еще не решил.
– На всякий случай?
– Да. Чтобы тебя при Дворе не забыли, надо им все время о себе напоминать. Там не любят таких, которые не кланяются, не канючат… Увы, так устроены эти сферы.
– И «эти сферы», выходит, были для вас интересны? Раз вы решили поклониться.
– Придворные сферы всегда интересны, – серьезно ответил Арабаджев. – Вот вы камер-юнкер. Должны понимать.
