– Спасибо, ваше сиятельство…
– Какое там сиятельство! Называйте меня Сампсон Давыдович.
– Спасибо, Сампсон Давыдович. Вы мне очень помогли. Лакея ведь тоже зарезали.
– Как? Бедолагу погубили вместе с барином?
– Да. А потом пытались сжечь труп в печи костеобжигательного завода.
– Зачем? – изумился Эристов.
– Чтобы мы решили, что Петров – убийца. Зарезал хозяина, ограбил и сбежал…
– По-ни-маю! – по слогам произнес судья. – А ведь ловко задумали! Как же вы не попались на удочку?
– Помогла случайность. Но дело трудное.
Я допускаю, что это убийство на заказ.
– На заказ? – фыркнул князь. – Вот еще! Петербург не Ливорно, где, говорят, это в ходу.
Лыков покачал головой:
– Сампсон Давыдович, я занимаюсь сыском тринадцать лет. И поверьте, видел всякое. В том числе и убийства по заказу. Дашевский состоял в звании церемониймейстера, а с ним еще полдюжины чиновников. В штате как раз освободилось одно место. Молодые люди соперничали за него друг с другом. Дашевский побеждал, и…
Эристов ахнул:
– Не может быть!
– Это одна из версий.
Не единственная. Я уж вам, как юристу-законнику, открою. Вторая версия связана с той самой дамой, о которой зашла речь в заседании. В любом случае незнакомец, что манипулировал лакеем, появился у вас в камере не случайно. Ведь цена вопроса была – пять рублей! А он пришел. Зачем?
– Ну, взаимные козни, маленькая месть… Разные бывают мотивы. Не убийца же это был!
– Не убийца. Но, может быть, заказчик?
Судья нахмурился:
– С его стороны было бы слишком неосторожно!
– Да, если он уже тогда замышлял злодейство.
А если нет? Если просто пытался дискредитировать? Хорош, мол, церемониймейстер Высочайшего Двора, если судится с собственным лакеем! Вспомните, ваша честь: имя или фамилия незнакомца точно не звучали?
– Точно.
– Возраст, рост, особые приметы?
– Рост не помню. Возраст – лет тридцать или чуть больше. И в лице есть что-то восточное.
– Восточное? Армянин или грузин?
– Нет, этих я бы опознал. Скорее он был похож на бакинского татарина.
– Очень любопытно…
– Но человек тот был из образованного слоя.
Сразу видно! Одет со вкусом: хороший сюртук, запонки такие… изящные.
Лыков встал, протянул руку:
– Большое спасибо, ваша честь!
Надворный советник вернулся к себе и велел Шустову заготовить четыре отношения. Это были просьбы представить в Департамент полиции копии формуляров на состоящих в звании церемониймейстера. Одно в министерство Двора, сразу на двоих, остальные – в МИД, Морское министерство и Министерство финансов.
