Валевачев для этого годился, но требовал работы. Лыков был и не прочь учить, натаскивать, растить. В свое время в него много вложили, и теперь он хотел отдавать. Лучше всего было учить в совместных передрягах. Но тихая нынешняя деятельность таких испытаний не предоставляла. Может быть, новое дело вывернет опасным боком?
– Ну, какая у тебя версия? – серьезно спросил Лыков.
– Та же, что и у вас!
– То есть убил все же лакей?
– Слишком многое на это указывает, – уверенно сказал Валевачев. – И сама его пропажа – ясно, что испугался и сбежал! И целые дверные запоры.
Отсутствие следов борьбы. Ящик бюро. Ссора с хозяином. Что-то забыл?
– Купон под кроватью.
– Да! Купон валялся не где-нибудь, а именно под постелью лакея. Все сходится. Люди, что навещали Дашевского, все были из общества. Темных знакомств убитый, судя по всему, не имел. И вообще был человек… придворный. Вы с чем-то не согласны?
– Правильнее сказать, кое-что меня в твоей версии смущает.
Юрий даже привстал:
– Что?
– Удар ножом.
Так не бьют лакеи.
– То есть? Поясните!
– Убить взрослого здорового человека непросто. Ты об этом не знаешь, слава богу, так что поверь мне на слово. А тут с одного замаха точно под лопаточную кость. Если бы ты так захотел – ни за что не получилось бы.
– А у вас бы вышло?
Лыков погрустнел:
– Чем старше делаюсь, тем больше жалею тех турецких аскеров… Одиннадцать человек живыми привел, а скольких положил… Это пока молодой, никого не бережешь, ни себя, ни других. Так вот.
Бил не лакей. Может быть, он подводчик. Наверняка сообщник! Впустил в дом, отвлек внимание… Но сам не убивал.
Губернский секретарь помолчал, обдумывая услышанное, потом тряхнул упрямо головой:
– Не согласен. У кого угодно может случайно выйти такой удар.
– Думаешь так – твое право. Тебе и поручим тогда поиск Петрова. Ты был в участке?
– Да. Петр Орестов Петров, – Юрий заглянул в блокнот, – происходит из крестьян Михайловской волости Порховского уезда Псковской губернии.
Вид недавно продлен, подати уплачены. Никаких порочащих его сведений у полиции нет.
– Родня в столице?
– В участке об этом тоже неизвестно. Искать через адресный стол считаю бессмысленным – сколько в Петербурге окажется Петровых?
– Из Порховского уезда – немного.
– Хм… Вы полагаете, надо попробовать?
– Нет, отыскание родни мы поручим сыскной полиции. А ты бери ноги в руки и езжай в Михайловскую волость. Найди его родителей. Успеешь на ночной поезд.
