Уверен, со мной он будет сговорчивее, и я смогу выяснить все, что тебе нужно.
- Я…не знаю.
Искушение слишком велико, чтобы отказаться сразу. Но ведь довольно некрасиво лезть со своими проблемами к другим. Хотя тут я не лезу, он сам предлагает. И откуда-то полная уверенность, что правда сможет все узнать. Только он же не просто так сделает, сто процентов, я что-то буду должна взамен. Точнее даже не так, не что-то, он же не скрывает. Мне хорошо известно, что у него на уме.
Как много он попросит за помощь? Хорошо, если просто поцелуй, а может ведь…
- Нет, Матвей.
Большое, спасибо, но нет.
- Почему?
- Это неудобно, я сама разберусь. Так что точно нет.
- Мне несложно.
- Не хочу быть тебе обязанной.
- Да ладно. Поцелуешь пару раз и мы в расчете.
Все же я покраснела. Совершенно точно. Лицо горит, хотя он ничего такого не сказал. Просто от одной мысли, что это нужно будет делать С НИМ, у меня такая реакция. Несмотря на то, что не далее, чем несколько минут назад, допускала такую возможность.
Но то было чисто теоретически.
- Ты же сама об этом думала.
В точку, как всегда. Все подмечает и помнит. Не только мои слова, но даже мысли. Это раздражает.
- Мало ли, о чем я думала.
Отложила пустую тарелку, взялась за чай, который официант успел принести и даже разлить по чашкам."
"Матвей поел, теперь тоже пил чай и снова меня разглядывал. Взглядом, далеким от приличия. Так, будто на мне нет одежды и я сижу перед ним голая.
- Мне пора домой, спасибо за ужин, - произнесла я, не выдержав и минуты этой пытки.
- Сложно с тобой, Полина.
Повела плечом.
- Сам говорил, что тебе нравится непослушание. Наслаждайся.
- Ты могла бы чередовать.
- Не забывай, что у нас формальные отношения. Так мы идем?
Матвей попросил счет, оплатил и мы поднялись из-за стола.
Я не возражала, но как только оказалась в машине, достала из кошелька сумму за салат и воду и протянула ему.
- Вот, моя часть.
- Лучше не зли, я итак на грани.
Быстро убрала деньги и вжалась в сиденье. Испугалась вдруг такого тона, без тени усмешки. Сейчас я отчетливо чувствовала какую-то, чуть ли не животную агрессию, исходящую от него.
Ехали в молчании.
В молчании же вышли из машины и направились к моему подъезду.
У самого входа дорогу преградила полицейская машина с водителем за рулем. Мы обошли ее, я набрала код и Матвей открыл тяжелую металлическую дверь.
Вошла в подъезд в волнении.
