И я начинаю лепетать совсем бессвязно:
— Привет… Это… Юля…
— Я в курсе.
Ну, конечно.
Молчу, шумно переводя дыхание и собираясь с мыслями, пока Саульский не задает наводящий вопрос:
— Что ты хотела, Юля?
— Я… Эмм… У Кати уже все готово. Остывает. Ты скоро будешь? — удается мне, наконец, справиться с элементарной миссией.
Щеки и шею обдает жаром смущения. Не хочу, чтобы он решил, будто я сижу и жду его, хотя так оно и есть.
— Ужинай без меня. Буду поздно.
Разочарование во мне настолько сильно… Оно поражает меня.
Не сразу могу справиться с комком горькой досады и попрощаться, не выдав эмоции тоном.
А когда я, наконец, овладеваю собой, слышу в динамике тихий женский шепоток:
— Останешься с нами на ужин?
В мою грудь будто горячими гвоздями выстреливают. Я не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть. Даже не моргаю, пока из глаз не начинают литься обжигающие потоки слёз.
— Что-то еще, Юля?
— Нет… У меня… всё…
Кажется, больнее быть просто не может. Но, прежде чем Саульский отключается, до меня долетает еще и неразборчивый детский голос.
Что же это? Кошмарный сон?
Но я не сплю.
Кто они такие?
Во мне вспыхивает совершенно незнакомое сумасшедшее по своей силе чувство. Оно скребет, дерёт грудь изнутри. Выкручивает внутренности, пропуская их, словно через мясорубку.
Что происходит?
Потерянно оседаю в кресло.
— Юлия Владимировна? Подавать? Еще полчаса, и гарнир придется разогревать."
"У меня не получается ничего ответить. Я хочу. Но не могу. Осознаю, что плачу на виду у прислуги не сразу, лишь когда слышу собственный прерывистый всхлип.
Прижимаю к губам кулак. Задерживая дыхание, пытаюсь сдержать поток нахлынувших эмоций. Смахиваю пальцами слёзы. Вдыхаю как-то резко и громко, прежде чем встретиться взглядом с ошеломленной Катериной.
— Что-то случилось? Что-то с отцом?
— Типун тебе на язык, — сердито обрываю ее. — Я ужинать не буду. Спроси у Макара и остальных, кто в доме… Я спать.
— Но… Роман Викторович просил, чтобы я следила за вашим питанием.
— Так скажи, что я поела.
В спальне легче мне, конечно же, не становится. Воздуха не хватает. А если вдыхаю глубоко, кажется, что в груди еще сильнее разгорается. Сжимаясь, обхватываю себя руками. Пытаюсь унять колотящееся сердце. Пытаюсь нормализовать дыхание. Пытаюсь… На глаза будто пелена опускается. Никаких внешних факторов не замечаю. Ничего вокруг. Сознание рисует красочные картинки.
Как он может? Как???
Почему???
Я не нахожу ответов. Не знаю, в чем основная проблема.
