После того пиздеца, который у нас случился по причине ее же безрассудства, девчонка была покладистой три дня. Три дня, блядь!
Утро начинается с наездов.
— Мне не нравится Чарли!
— Возьми Назара. Он сегодня свободен, — честно пытаюсь тушить ее внутренний конфликт, не заостряя внимание на том, что она, мать вашу, снова борзеет.
Но принцесса, видимо, полночи готовилась выступать. Речь выучена. Платье наглажено. На табурет влезла.
— Мне в принципе не нравится, когда за мной кто-то таскается, — выпаливает горячим фальцетом.
Намеренно. Хочет, чтобы все ее услышали. На террасе завтракают парни, дверь открыта — цирк Дю Солей собирает зрителей. — Я сама могу съездить в больницу! Что сложного? — смотрю на нее, припоминая, как слезно божилась слушаться. Срок годности таким молитвам не учел. — Сажусь в такси возле дома, во дворе больницы — выхожу. Элементарно!
А ты, сука, стало быть, Шерлок? Только я не доктор Ватсон.
— Исключено.
— При папе я передвигалась самостоятельно, — с апломбом продолжает неугомонная.
А это уже прямой упрёк мне, мол, хреновый ты, Сауль, лидер. Во всеуслышание. — Что за долбаный мир вы с ним заключили, если для меня вдруг стало небезопасно?
У девчонки напрочь отсутствуют инстинкт самосохранения и трезвость мысли. Эмоции сносят ей голову. Она рубит на пике импульса. А так нельзя. Если меня чему-то и научил спорт, так это тому, что во всем важна дисциплина и холодная голова.
— Сейчас остановись.
Под давлением моего взгляда дергается и замирает.
Вот только ненадолго.
— Я устала сидеть взаперти. Я хочу сама распоряжаться своим временем. Ходить туда, куда хочу!
Да, Сауль, ей восемнадцать. Помни.
— Меры временные. В городе залётные. Мы решаем вопрос.
— А я так больше ни дня не выдержу!
— Голос не повышай, пожалуйста. Я думал, ты выводы в прошлый раз сделала. Почему мы возвращаемся к этому разговору? — мои слова не что иное, как откровенное предупреждение.
Но девчонка уже реакции утратила. Стоп-кран сорвало. Вижу, как трясет ее.
Голос на срыве дрожит. Не заткнётся.
Лишь мельком отвлекается на вошедшего и неуверенно мнущегося у порога Макара. Смотрит мне в лицо, когда выписывает ему елейным голоском:
— Чарли! Ты сегодня свободен.
Тут уже до хуя с лихвой хватанула.
— Не тебе отдавать такие распоряжения.
— Я хочу домой! Я подумала… Я устала… И в общем… Я возвращаюсь! Чемодан собрала… Сегодня папу выписывают, сразу с ним домой поеду. Ему помощь нужна… Так и скажем.
