…
Будит меня привычное хныканье сыночка. Оно не слишком сильное, пока лишь возня и кряхтение, но срабатывает для меня не хуже любого, самого звонкого будильника.
Я собираю всю волю в кулак, вздыхаю поднимаюсь, и на автомате бреду к его кроватке.
Светает, и мне очень тяжело, ведь однозначно я из тех, для кого в это время наступает самая активная и глубокая фаза сна. Столь ранний вынужденный подъем навевает привычное уныние.
- Что случилось? – раздается за спиной.
Демьян, немного взъерошенный со сна, чуть приподнимается на локте.
- Случилось утреннее кормление, - говорю я, - только сначала я его переодену.
- Я тебе помогу, - говорит Демьян, садится на кровати, а потом начинает подниматься.
- Правда?
Я точно знаю, что Демьян, также, как и я, с трудом функционирует по утрам, и до зубовного скрежета ненавидит это время суток.
Но вот он самоотверженно поднимается, и, слегка пошатываясь, все еще пребывая в полудреме, подходит к нам.
- Если хочешь, можешь переодеть ему памперс, - на троечку шучу я.
Но Демьян не воспринимает это высказывание как шутку.
- Окей. Как это делается? - говорит он, и вопросительно смотрит на меня.
- Памперсы здесь, салфетки вот, а вон в ту корзину кидаем грязные памперсы, - инструктирую я, приглядываясь к его лицу.
Серьезный, почти уже не заспанный, собранный. Инородный в нашей тесной комнатушке.
Даже не верится.
Жду, на каком месте он решит соскочить, но он и правда слушает внимательно.
- Я пойду пока в туалет, и налью себе воды, в горле пересохло, - говорю я.
Когда возвращаюсь, Игорек, переодетый в новый памперс, сидит у Демьяна на руках. Точнее полулежит. В общем, папа не забыл, и держит сына так, как я его учила.
- Спасибо, Демьян, - говорю я. - Теперь давай его мне, и пойдем в кровать. Ты у стены спишь, так что залезай первым.
- Ты разве не в кресле кормишь?
- Ночью нет. Пыталась, но тяжело, начинаю засыпать. Ляжем, Игорька посерединке положим. Давай.
Подталкиваю его в грудь обратно к кровати. Голова кружится от мыслей, что мы будет лежать вот так, все втроем.
Потесниться, правда, придется. Это только у Демьяна в особняке кровать размером с футбольное поле, здесь все скромнее.
И…
- Мне, пиздец, как стремно, Ви….То есть…сильно волнуюсь, - говорит Демьян, а я ему улыбаюсь.
- Не бойся. Только вначале страшно, но потом привыкаешь.
- Вдруг я случайно повернусь, и…
- Я чутко сплю и буду контролировать.
Мне приятно, что он волнуется, и не скрывает этого. И даже пытается не выражаться.
