День тридцать пятый. Алмазный Победитель, или просто Намжал
Идти по инопланетной степи в компании аж пятерых хищных питомцев — это одно удовольствие. Особенно, если они успели проголодаться, а у вас под рукой ничего мясного особо нет. Мы шли спокойно, как на прогулке по парку. В ближайшей округе не оставалось никого, кто мог бы нас укусить, поцарапать — или хотя бы напугать, прыснув из-под ног.
Пятеро хищников подчищали всё, что могло служить источником белка. Даже просто отдалённо напоминало белок. И даже просто было белым, но не белком.
Особо в последнем старался представитель сразу двух стай — Русый, как его уже успели прозвать.
Он не был бурым, он не был рыжим. Он был каким-то грязно-русым.
Горячая кровь южных хищников, смешавшись с холодной кровью лесных обитателей, породила такой лохмато-косматый ужас, которым впору было пугать детей — если бы они, конечно, у нас уже родились. Он был больше, он был сильнее, прожорливее и дурнее. Причём, в последнем превосходил своих собратьев не на голову, а на все две.
Это он, повстречав белый грибок, сожрал его с сытым урчанием, так и не дав несчастному познать все прелести долгой растительной жизни. Жрал, сука, так, что аж до гор треск долетал!.. И если до поедания гриба у него взгляд был натурально дурной, то после — стал дурным ненатурально…"
"Минут пять этот придурок передвигался за нами, перекатываясь через спину. А ещё довольно подвывал, распугивая остальных питомцев. Те косились на него со смесью опаски и презрения, предпочитая держаться немного в стороне.
А потом Русый погнался за большой стрекозой и полчаса где-то пропадал. Когда явился, грибной дурман его окончательно отпустил. Зато длинная шерсть свалялась в колтуны и была усеяна чем-то вроде репья.
Видимо, перенося на шкуре эти семена, он пытался искупить грех за убийство неповинного гриба.
Радостно, по-собачьи вывалив язык, этот дурень с новыми силами присоединился к собратьям в подножной охоте на местных обитателей. Как будто и не было ничего.
— Натуральный придурок! — прокомментировал его поведение Мелкий. — У меня был такой приятель… Тоже в рот тянул всё, чо не надо.
— Поди, отравился и помер? — прокомментировал это Пилигрим.
— Нет… Сел. Когда потравил пару нормальных пацанов какой-то сивухой, а сам только прорыгался! — расстроил всех Мелкий. — Такой от сожранного не откинется…
— Да, такие от чего-то нелепого дохнут! — согласился Линза. — У меня тоже знакомый такой был.
