Анна ничего не ответила, выскочила из машины и стала быстро и ловко пробираться по обочине вперед. Вернулась она через пару минут, лицо злое, губы крепко сжаты."
"– Овца какая-то шину пропорола, сидит такая вся беспомощная, а мужики ей колесо меняют, – сообщила она сердито. – Ну вот какого дьявола она садится за руль и ездит одна, если не умеет сама колесо поменять? Или она думает, что прям такая раскрасавица, что все попутные водители бросят свои дела и кинутся ей помогать? Ненавижу эту самоуверенность красоток, которые считают, что им все должны!
– Не все же красотки такие самоуверенные, – миролюбиво заметил Роман.
– Все! Все до единой!
– На себя посмотри.
– А что?
Роману показалось, что из Анны мгновенно вылезли в разные стороны длинные острые иголки.
– Я что, самоуверенная? Я ни от кого помощи не требую и не жду, рассчитываю только на свои силы.
– Ты очень красивая, Мышонок. И совсем не самоуверенная. Так что не надо всех под одну гребенку…
– Я уродина, – с вызовом проговорила Анна.
– Неправда. Ты красавица. И твой Никита от тебя без ума.
– Если бы я была красавица, на меня западали бы приличные мужики, а не такие козлы, как этот… Ты меня просто утешаешь.
– Я не утешаю, я констатирую. Ты красивая и умная, поверь мне.
Анна хотела было что-то ответить, но в это время машины медленно двинулись вперед: очевидно, колесо незадачливой автомобилистке успешно поменяли.
Похоже, стройка, на которую ехал цементовоз, находилась достаточно далеко, потому что вплоть до въезда в Шолохов им пришлось двигаться с черепашьей скоростью.
Схему проезда к гостевому домику на водохранилище Анна распечатала еще дома и теперь выполняла функции штурмана, глядя то на листок со схемой, то на дисплей смартфона с картой города.
– Думаешь, схема не точная? – спросил Роман. – Проверяешь по карте?
– Смотрю, как проехать, чтобы по дороге был супермаркет. Или ты надеешься, что тебе все готовенькое принесут?
– Аркадий сказал, там повара и все такое…
– Ага, повара, – скептически отозвалась Анна.
– Они тебе три раза в день еду принесут, и всё. А погрызть? А попить? А если ночью голод прибьет? А если угостить кого-то?
Об этом Роман и не подумал. Он как-то привык на своей работе довольствоваться тем, что есть. Представилась возможность – перехватил какой-нибудь еды, не представилась – перетерпит. Хочется пить – выпьет то, что есть под рукой, ни на секунду не задумываясь о том, любит он это или нет.
