— Знаешь, я на ее план особо не рассчитываю, — честно признался Васька.
— А на что рассчитываешь? — спросил Жучок.
— На Левшу. У него удар с правой по пьяни…
— О чем это вы там шепчетесь? — насторожился Гордон, до тонкого слуха которого что-то донеслось.
— Пытаемся душу ее заблудшую спасти! — елейным голоском проблеял Жучок. — Молим Господа нашего о снисхождении.
— Молитвы у вас странные, не на латыни читанные.
— Почему не на латыни! — возмутился Васька, тормозя с Янкой и Жучком около еще не разожженного костра.
— Вот, послушайте сами. Ин вино веритас…[7] — Молитв пушистый обормот не знал, а потому нес ахинею, нимало не озабочиваясь тем, что своей «молитвой» вогнал в шок епископа, и Климент Четырнадцатый начал нервно икать, а святые отцы рядом с ним зашевелили губами. Они честно пытались сообразить, что за псалом им выдает «собрат» по вере, лихорадочно копаясь в памяти.
— После вашей молитвы что-то выпить захотелось, — невольно почесал скипетром затылок Гордон, заставив съехать корону на лоб.
— За упокой души не выпить — святотатство! — тявкнул Жучок.
— Ладно, после казни помяну, — кивнул Гордон и покосился на Василису.
Царица молча сидела на троне, отрешенно глядя перед собой пустыми, ничего не выражающими глазами.
— А царица-матушка за племянницу-то свою переживает, — загомонил народ.
— Кому ж понравится кровинушку родную на костер отдавать.
— Видать, крепко с царем-батюшкой насчет племяшки поспорили.
— Ага. Всыпал он ей по первое число.
— Всю спину, видать, исполосовал. Даже спинки кресла коснуться боится.
— Точно, как пришитая сидит, словно аршин проглотила.
Гордон при этих словах самодовольно усмехнулся:
— Ну что ж, не будем затягивать процедуру. Пора нашей ведьме начинать душу спасать, ересь черную из нее очистительным огнем выжигать. На костер ее!"
"— Так еще же ничего не готово, ваше царское величество! — возмутился Жучок.
— Что не готово? — нахмурился царь.
— Воду еще не подвезли.
— Какую воду? — опешил Гордон.
— Обыкновенную, — мяукнул Васька, — из реки Великой взятую. Видите тучки грозовые на горизонте? Если шквал пройдет, огонь сразу на дома перекинется. Весь Великореченск сгорит. Оно вам это надо — погорельцами управлять?
Губит людей не пиво!Губит людей вода!— Но-о, залетные!
Толпа со стрельцами шарахнулась в разные стороны, выворачиваясь из-под колес телеги, которую не хуже лихих скакунов тянули за собой пьяные в дым гномы.
