Сплетник юркнул в ближайший переулок, перемахнул через забор, чуть не порвав об него шубейку с царского плеча, и под оглушительный лай цепных псов пронесся через чье-то подворье, взметнулся на дровницу, с нее — на крышу сарая и спрыгнул с другой стороны, оказавшись на параллельной улице. Собственно, сюда он и стремился. Золоченая карета с персональным кучером уже ждала своего криминального авторитета, в которого превратился Виталик, сорвав с себя шубу и боярскую шапку. Закинув все это хозяйство в карету, сплетник нырнул следом.
Маленькое окошко с передней стороны кареты приоткрылось.
— Куда едем, кэп? — осведомился Филька, игравший роль кучера.
— На «малину», — коротко распорядился Виталик.
— Сделаем. Но, залетные!
Карета тронулась. С минуту попрыгав по ухабам, она выехала на Маховую, и тряска сразу прекратилась. Виталик, не удержавшись, высунул голову в окошко и в свете угасающего дня полюбовался на идеально ровную мостовую. Камни были подогнаны между собой так плотно, что карету практически не трясло.
«И когда только успели?» — подивился Виталик.
В Верхнем граде все было рядом, и дорога много времени не заняла. Карета подкатила к обновленному подворью, некогда принадлежавшему купцу Никвасу, дав криминальному авторитету еще один повод подивиться оперативности местных мастеров. Заменены были не только дубовые ворота, но и забор. Он стал выше, внушительнее, да еще и с вышками по углам, на которых несли вахту его мальчики с пищалями.
— Блин! Кажется, ребята «малину» с зоной перепутали, — пробормотал юноша.
— Только колючей проволоки по периметру не хватает. Ничего им больше рассказывать не буду. Надеюсь, спать придется не на нарах. С них, гадов, станется…
Около ворот тоже была охрана. Вся в черных кожанках, в банданах, при абордажных саблях, пистолетах и пищалях. Увидев вылезающего из кареты сплетника, часть братвы щелкнула каблуками и вытянулась во фрунт, двое кинулись открывать ворота. Да-а-а… гильдия наемных работников план явно перевыполнила. Двор внутри теперь уже его подворья был тоже замощен, а бывший терем купца Никваса вообще невозможно было узнать.
Вместо окон с резными наличниками офигевший царский сплетник увидел круглые иллюминаторы, а на крыше вместо флюгера развевался пиратский флаг. Крыльцо перед входом тоже претерпело изменения. Вернее, не само крыльцо, а столбы, поддерживающие над ним навес. Они имели вид русалок, которыми обычно украшали носы кораблей. Около крыльца стоял сияющий Семен.
