Двери в церковь, как всегда, были открыты нараспашку, но, кроме нескольких старушек-богомолок, мелко крестившихся на образа, Виталик никого из служителей Господа внутри не нашел. Ничего странного в этом не было, так как до вечерней службы было еще далеко, а вот закрытые наглухо ворота, отсекшие от внешнего мира церковный двор, заставили Виталика насторожиться. Юноша не стал ломиться в запертую дверь и по привычке начал искать обходные пути. Вернувшись в церковь, он, не обращая внимания на зашипевших на него старушек, двинулся прямиком к ризнице.
— От ить нехристь басурманская!
— В церковь святую, как к себе домой, ломится!
— Лоб не перекрестил, шапку не снял!
Виталик на ходу сдернул парик, перекрестился на образа, снова напялил парик на голову и скрылся за ризницей. Поплутав немножко по закоулкам церковных коридоров, он вскоре наткнулся на служебный выход, ведущий во внутренний двор.
Осторожно приоткрыв дверь, юноша высунул нос.
— Ай да святые отцы! Картина маслом!
Это действительно была картина маслом.
Церковный двор теперь скорее напоминал плац, на котором строгий унтер гонял нерадивых солдат. Вдоль стройных рядов монахов в длинных рясах расхаживал сам Патриарх Всея Руси Алексий III, воинственно потрясая посохом. За ним по пятам шел викарий — архиепископ Берендеевский владыка Сергий, придирчиво осматривая свою паству. Судя по его лицу, выправкой святых отцов он был доволен. У каждого монаха в одной руке был посох странника, отдаленно напоминающий дубинку, в другой кадило, на шее висели массивный крест и четки.
Судя по всему, Виталик подоспел вовремя, к самому началу проповеди, с которой патриарх собирался обратиться к своей пастве.
— Братия, из источников, заслуживающих особого доверия, мне стало известно, что сегодня из стран басурманских к нам приедут священнослужители церквей еретических, то бишь католики, протестанты и прочие кальвинисты с гугенотами.
Святые отцы возмущенно загудели.
— Пришла пора деликатно намекнуть им, что в чужой монастырь со своим уставом не лезут!
— Пора, Ваше Святейшество! — дружно рявкнули святые отцы.
— Итак, братия, настал наш час! — сверкнул глазами патриарх. — Не посрамим Русь Святую?
— Не посрамим, Ваше Святейшество! — дружно рявкнули монахи.
— Отстоим нашу веру православную! — кинул клич владыко Сергий.
— Отстоим, владыко!
— Орлы! — умилился викарий. — Эти не подведут, Ваше Святейшество.
— Возможно, возможно, — задумчиво потеребил свою седую бороду патриарх, — но все же проверить не мешает.
