— А зачем нам две типографии? — не понял кузнец.
— Та типография, что мы здесь ставить будем, для газеты предназначена. Чтоб свежие выпуски прямо из типографии в продажу шли. А та, что в Заовражной низменности, особый товар производить будет. В ней мы книги печатать начнем. Понял?
— Понял. Только зачем нам тамошние мастера? Да мне только свистнуть, и сюда вмиг толпа отличных плотников, столяров да кузнецов сбежится. Ты, боярин, так щедро платишь, что они уж расстараются.
— А ведь дело говоришь, — хмыкнул Виталик.
— Ладно, остаешься здесь. Типографию мы будем организовывать на твоем подворье. У тебя за кузней довольно приличный огород. Вот там и начнем застройку.
— Да ты что, боярин! — выпучил глаза Левша. — А где я репу сеять буду?
— Ты что, обалдел?
— Дык что это за подворье без огороду? Петрушка свежая, лучок…
— Ваня, а не скажешь, почем нынче репа на базаре? — закатил глаза к небу Виталик.
— По зиме цельный алтын мешок.
— Следующий вопрос. Если ты всю репу со своего огорода на базар снесешь, сколько за нее выручишь?
— Ну ежели хорошо поторговаться, не меньше рубля серебром возьму.
— Ваня, давай я тебе буду платить в месяц пять золотых и ты меня всякой фигней доставать больше не будешь!
Кузнеца качнуло. Он знал, что его барин скупостью не страдал, но о таком жалованье даже мечтать не мог.
— Это ж я себе новый терем справлю… — севшим от волнения голосом просипел он.
— Не парься. Терем — это мои заботы. На эти цели есть другая статья расходов.
Вместе с типографией и терем тебе новый возведем, и кузню со столярной мастерской расширим, и это не будет стоить тебе ни копейки. Я из царя-батюшки сегодня неслабую деньгу выбил. И на терем, и на типографию… короче, на все наши дела хватит.
— А пять золотых? — слабым голосом спросил Иван.
— Это тебе на пропитание да на одежку. Сейчас я тебе нарисую…
— Погоди, барин.
Левша схватил стоящую в углу сарая лопату и ринулся наружу.
— Э! Ты куда? — опешил царский сплетник.
Поздно. Кузнеца и след простыл. Нашел он его на огороде. Левша яростно работал лопатой.
— Ты что делаешь? — выпучил на него глаза Виталик.
— Репу выкапываю. Рупь серебром, он, знаешь, в хозяйстве не лишний будет.
— Тьфу!
Только схлопотав от царского сплетника по загривку, кузнец сообразил, что сделал что-то не то, и прекратил сельхозработы.
— Пошли в дом. Типографию рисовать буду. А репу… работников себе наймешь, они вмиг тебе тут все выкопают.
