Да и разговор вели интересный, правда, на свои, узкоспециализированные темы. Это был диалог доигровщика (3) и либеро на тему рисунка завтрашней игры.
*
Здоровое ста девяносто трех сантиметровое тело надо хорошо кормить. Особенно после тренировки. Поэтому Степан усердно наворачивал полукилограммовую порцию творога с бананами. В потом еще чай с бутербродами. И на сегодня хватит.
Параллельно оглядывал комнату, прикидывая план по сбору вещей. А, вообще-то, и без плана можно обойтись. Вещей немного, соберет в день переезда.
И шмотки заодно успеет постирать.
Спустя полчаса, со второй кружкой чаю, Степа устроился перед ноутбуком. Пришел час связи с ЦУПом. Ейск на проводе.
Появившаяся на экране после гудков физиономия была сонной и лохматой.
- Здарова, Лелище.
- И тебе не кашлять, брателло.
- Как оно?
- Если мыть – не чешется.
Степан расхохотался. У Лелика рот от мозга независимо работает – издержки профессии. И не до конца проснувшийся брат вполне способен говорить. А вот осмысленно ли – другой вопрос.
- Ты с ночной, что ли?
- Да, только в пять домой приехал. Ты так смешно называешь - «с ночной».
- Ну не с дневной же? – резонно возразил Степа. Так, кажется, Лелик проснулся, можно начать разговор нормально. – Как дела дома?
- Нормально, - зевнул брат. – Вон, батя мчится на твой голос. Уступаю место и пойду отлить.
- Так, Степка, слушай сюда, - Лелика сменил отец. – Я запись смотрел. И скажу тебе так – ваш Матушевич ерунду творит! Ты ему вот что передай…
Степан кивал и пил чай.
Будто мало ему Матуша. А куда деваться, если отец родной тоже тренер. Пусть и в далеком отсюда Ейске и детский. Тренер - это навсегда. И, к тому же, именно отец взял его туда, где Степа нашел себя. Где была вся его жизнь. В волейбол.
- Степашка, ты меня понял?
- Понял, - со всем возможным смирением ответил старший сын.
- А что с коленом? – перешел к следующему пункту своей программы отец. – Видел, что повязка. Беспокоит?
- Нет, - привычно ответил Степан.
– Страховка просто. – И решил сменить тему: - Как Василиса?
Аркадий Ефимович по ту сторону монитора воровато оглянулся.
- Нормально все. На рынок ушла. Что, Лелика тебе дать еще?
- Давай.
- Лев! – гаркнул отец. – Иди, Степка зовет.
Переговорив с младшим братом еще минут десять, Степан отключился. Чай допит. Можно в душ и спать. Обернулся и с тоской посмотрел на табуретку в изножье кровати. И на новой хате будет такая же ерунда. Если не короче там койка.
