В таком случае где же следы крови? На ковре должна была остаться хотя бы крошечная капля. А мы такое не пропустили бы.
– Но если этот неизвестный накинул на голову мистеру Тозеру мешок, а может, даже затягивающийся шнурком, то удар можно было бы нанести в абсолютно любом месте дома, поскольку кровавые брызги остались бы в мешке, согласны?
Это вполне имело смысл. Объясняло бы и характерный кровоподтек на горле, и отсутствие крови Тозера на ковре, и почему кровь Ариэллы не скатилась в сторону Карла в кровати.
К тому моменту, как Тозера подняли по лестнице и положили рядом с ее телом, сердце ее уже перестало биться. А значит, кровотечение прекратилось. Вся вытекшая из нее кровь скопилась во впадине на матрасе, образованной ее весом. И успела частично впитаться в простыню.
– Что-то я не пойму… Если все было так, то зачем было убивать Ариэллу Блум, а потом класть на кровать рядом с ней тело Тозера? – возразил Андерсон."
"Типичная ошибка новичка. Гарри уже собрался предупредить Андерсона, чтобы не задавал допрашивающему вопросов.
Свидетели не задают вопросов – они отвечают на них. Однако в данном случае я был только рад ответить.
– Потому что если б тело Тозера нашли рядом с телом Ариэллы, это выглядело бы так, будто кто-то обнаружил их в одной постели, взревновал и убил их. Это обеспечивает Бобби Соломону мотив и переключает все внимание следствия исключительно на него, оставляя настоящего убийцу в тени, разве не так?
– Это ваше мнение, – упрямо сказал Андерсон.
– Тогда давайте отвлечемся от мнений, хорошо? То, что на теле миз Блум не было обнаружено каких-либо защитных ран, – это доказанный факт, верно?
– Да. Могу предположить, что она спала, когда убийца нанес свой первый удар ножом, – сказал Андерсон.
– Можно мне на минуточку вещественное доказательство номер восемь? – попросил я секретаря.
Та протянула руку под стол и вытащила бейсбольную биту, упакованную в опечатанный полиэтиленовый пакет.
Я подошел к матрасу и аккуратно тюкнул ею по гире, обозначающей голову Тозера.
Тупой стук эхом разнесся по залу. Я отдал биту секретарю.
– Сами слышали, какой чертовски громкий звук производит кленовая бита при ударе по металлу даже при совсем слабом ударе. А когда бита проломила Карлу Тозеру череп, это наверняка сопровождалось еще более громким треском, согласны?
– Да, какой-то шум при этом был, согласен с этим.
