Хорошего среди этого не было ничего.
Соцслужбы? Мне кажется, что соцслужбы даже не знали названия нашего поселка, потому и не совались к нам.
Отец умер, когда я уже поднялся на ноги и обосновался в городе. Я приехал домой и первым делом разнес тут все. Прошелся молотком по мебели, окнам и стенам.
Похоронил отца, а через месяц восстановил дом. Не знаю, что мною тогда двигало. Может быть, я оставил его в качестве напоминания. Чтобы всегда иметь возможность вспомнить, откуда я вышел. И чего достиг.
Дом маленький, одна комната и кухня с печкой.
Мебели и техники необходимый минимум. Удобства на улице. Вот и все. Сейчас дом в относительно нормальном состоянии, но до уровня жизни, к которому я привык в последнее время — далеко.
— Чей это дом? — Алена замирает перед покосившимся забором и прижимает к себе Тимофея.
Она в смятении и смотрит на меня недоверчиво. М-да, я сказал, что мы едем не прятаться, а просто провести время вместе. И вот именно сейчас Алена понимает, что я ей просто-напросто соврал.
— Мой, — отвечаю и иду к машине, оставляя шокированную Алену позади себя.
Забираю пакеты с едой, которой мы затарились в супермаркете, и открываю калитку.
Шагаю по квадратам допотопной плитки, чтобы не наступить в грязь. Сейчас самое начало весны, снег сошел, оставив после себя лишь черное месиво. Деревья стоят голые, без какого-либо намека на зарождающуюся листву. Парочка яблонь давно сгнила, не помешало бы выкорчевать эти трупы. Сбоку от дома несколько кустов засохших роз, которые когда-то посадила очередная пассия отца.
Если дом я привел в более-менее нормальное состояние, то за садом никто не ухаживал.
Открываю дверь дома и захожу внутрь. Ставлю пакеты на стол и первым делом отправляюсь топить печь — иначе мы просто окоченеем тут. Руки помнят, поэтому я все делаю на автомате, даже не задумываясь.
Боковым зрением вижу, что Алена заходит в дом и замирает на пороге. Тимоха более решительный — он спрыгивает с ее рук и проходит внутрь, разглядывая все вокруг.
Задевает ли меня реакция Алены?
Нет. Я знаю, что в ней корысти нет. И если она со мной, то только потому, что сама этого хочет. Ее реакция говорит только об одном — она понятия не имеет о том, как я жил раньше.
И вот это уже ранит."
"Она никогда не спрашивала меня, не интересовалась моим прошлым. Я не дурак, понимаю, почему она не делала этого. Тупо боялась наткнуться на стену.
Но можно было хотя бы попытаться…
Прохожу мимо нее на улицу.
