– Пошла тогда, – вздохнула малолетка.
– Сейчас принесу деньги, погоди, – раздалось с порога.
Я обернулась. У входа в кухню стояла Тамара с растрепанной со сна головой.
– Тома!!!
Не слушая меня, подруга исчезла.
– Во, ловко! – обрадовалась девка.
– Уходи немедленно, – велела я.
– Как бы не так, – парировала негодяйка, – ты не хочешь, а другая покупает.
Через пару минут Томочка вернулась, неся в руках зеленые бумажки, листок бумаги и ручку.
– Давай, – обрадовалась «продавщица».
– Пиши расписку, – железным голосом велела Тамара.
Когда девица, распространяя запах перегара, убежала, я налетела на подругу.
– Ты с ума сошла! Купить младенца!
– Если бы я этого не сделала, она просто вышвырнула бы несчастного в мусорный бачок, – вздохнула подруга, разворачивая «покупку», – ой, бедняжка, он весь грязный, а молчит. Наверное, характер хороший!
– Немедленно отнеси его в милицию!
– Конечно, – согласилась Томочка, – вот только помою, покормлю и переодену!
Схватив тщедушное тельце, она исчезла в коридоре.
Я машинально глянула на бумажку:
«Расписка. Я, Звягинцева Раиса Петровна, 1982 года рождения, нахадязь в твердом уме и памяте, прадаю Поповой Тамаре Викторовне своево сына Звягинцева Константина за триста американских долларов и обещаю некогда не предъявлять притензий»."
"Отшвырнув отвратительно безграмотный «документ», я крикнула:
– Что мы скажем вечером Семену?
– Ничего, – ответила Томуся из ванной, – он уехал в Финляндию, дней на десять.
Я вздохнула. Журналы, принадлежащие Сене, печатаются в стране Суоми, и он частенько мотается в Хельсинки.
– Олег звонил из Львова, – продолжала подруга, – удивлялся, где ты целыми днями носишься. Сказал, задерживается на Украине. Так что мы с тобой совершенно одни и…
Не договорив, она замолчала, послышался плеск воды и слабое кряхтенье.
«Можем покупать младенцев», – докончила я ее мысль. Христианская доброта Тамары, ее постоянное желание всем помочь могут кого угодно довести до обморока.
Тихо ругаясь про себя, я побрела к шкафу.
Пора ехать к учительнице Валентине.
Но не успели руки вынуть джинсы, как звонок вновь раскричался. Искренне надеясь, что это вернулась передумавшая продавать сына девица, я распахнула дверь и уткнулась взглядом в незнакомую, весьма полную женщину примерно моих лет.
Дама сразу располагала к себе. Круглое лицо с изумительно свежей кожей украшала широкая улыбка. Голубые глаза смотрели радостно, вся она излучала спокойствие и уют.
