Меня тошнит от них уже на второй странице, но подруга, затаив дыхание, следит за приключениями любовников. Однажды я не утерпела и, глядя, как она, уставившись в книгу, тащит ко рту вместо чашки с чаем бутылочку клея, сказала:
– Неужели так интересно?
Томуся подняла на меня отсутствующий взгляд, секунду непонимающе смотрела в мою сторону, потом с жаром воскликнула:
– Очень.
– И чего глаза портить, – фыркнула я, – сразу понятно, что Он на Ней женится. Как только тебе подобная дрянь может нравиться?!
Томочка вздохнула и, не отвечая ни слова, вновь уставилась в текст.
Подруга на редкость интеллигентна и патологически незлобива, поругаться с ней просто невозможно. Я не помню, чтобы она сказала о ком-нибудь злое слово. Знакомые зовут ее «Бюро неотложных добрых дел», а их у нас наберется сотни три. Кстати, именно благодаря Томочкиной привычке лететь сломя голову всем на помощь я и осталась сегодня дома одна-одинешенька. Позавчера Кристина отправилась на дачу к своей ближайшей подруге Леночке Рыклиной, Семен с головой погружен в издательские проблемы, Олег, как всегда, искореняет преступность.
Тамара же унеслась в квартиру этажом ниже, к Маше Родионовой. Она родила девочку и рыдала в телефон:
– Томочка, умоляю, приди! Она такая маленькая, я боюсь ее даже в руки взять!
Почему потерявшая всякий ум от стресса Родионова обратилась к Тамаре, у которой никогда не было грудничков, понять трудно. Но Тома моментально подхватилась и полетела.
– Чем ты ей поможешь? – попробовала я остудить пыл подруги.
– Ерунда, – отмахнулась та, – сейчас куплю в магазине пособие по уходу за новорожденными.
Клюнув меня в щеки, она выскочила к лифту, крикнув по дороге:
– Скажи Сене, что чистые рубашки в шкафу!
Я только вздохнула. Наши мужья еще те кадры: если не обнаружат на привычном месте нужной одежды, им в голову могут прийти нестандартные решения. Однажды Семен на моих глазах принялся распаковывать пакет."
"– Новую рубашку купил? Красивая, – одобрила я, – только зачем тебе опять белая? Их в шкафу и так штук тридцать!
– Понимаешь, Вилка, – вздохнул Сеня, – они куда-то пропали.
– Как это? – удивилась я. – Вчера Тома гладила их весь вечер.
– Нету, – разводил руками приятель, – исчезли.
В полном недоумении я распахнула шкаф. Рубашек там, действительно, не было.
– Ой, – вскрикнула Тамара, – случайно повесила в свое отделение. Сеня, ну почему ты соседнюю дверку не открыл?
– Зачем? – удивился Семен.
– Ну поискал бы там свои рубашки…
– Да? – протянул Сеня.
