Она безостановочно жала на кнопочку, звонок трезвонил, как сигнал тревоги.
– Немедленно открывайте, – крикнула тетка, – не то сейчас милицию вызову, а от двери не отойду, чтобы сбежать не надумали!
И она решительно потрясла перед глазком трубкой радиотелефона.
Я распахнула дверь:
– Что вам угодно?
Женщина удивленно спросила:
– А вы, собственно говоря, кто такая?
Придав лицу самое сладкое выражение, я улыбнулась и, скромно опустив глаза, ответила:
– Виола Тараканова.
– Очень приятно, – растерянно ответила дама, – Анна Петровна.
Потом она спохватилась и снова грозно поинтересовалась:
– Что вы делаете в квартире Полины?
Я вновь расцвела в улыбке:
– Полина уехала в командировку, сказала – на месяц. Свою сестру, Настю, инвалида, она поместила в наш санаторий. Но погода, видите сами, все время меняется, то жара, то дождь, а у Насти практически не оказалось с собой теплых вещей, вот она и дала мне ключи с просьбой привезти свитер и брюки. Работаю там медсестрой…
И я потрясла перед лицом бдительной Анны Петровны связкой, на которой болтались брелок в виде мишки и два ключика.
Лицо женщины отмякло.
– Понимаете, – начала она оправдываться, – слышу, кто-то ходит над головой. У меня комнаты под Полиниными расположены.
– Что же в этом странного? – спросила я.
Анна Петровна вздохнула:"
"– Вообще-то ничего, но две недели было совершенно тихо, честно говоря, подумала, что девочки поехали отдыхать, Поля два раза в год возила Настю в Мацесту.
Но обычно, уезжая, они оставляли мне ключи. Я их с детства знаю, с матерью дружила…
Но на этот раз Полина и Настя предпочли исчезнуть, не поставив в известность Анну Петровну. Соседка слегка удивилась, поскольку отношения у них всегда были близкие… Но потом подумала, что Поля просто на нее обиделась. Примерно за неделю до исчезновения Леоновых Анна Петровна встретила на улице Полину, еле передвигающую ноги от усталости.
– Деточка, – воскликнула женщина, – ты ужасно выглядишь, краше в гроб кладут!
– День тяжелый выдался, – вздохнула Полина, – забегалась.
– Не жалеешь себя, – вздохнула Анна Петровна, – надо и отдыхать иногда, всех денег не заработаешь.
– Хочу Настю в Израиль отправить, на Мертвое море, – пояснила Поля, – говорят, что тамошние грязи чудеса творят.
И тут Анна Петровна допустила страшную бестактность. Вздохнув, она ляпнула:
– Жаль, конечно, Настю, но нельзя же всю жизнь из-за своей ошибки убиваться.
