На десятом подумала: «Небось на работе», но тут в ухе раздалось недовольное, сонное:
– Алло…
– Ковалева Людмила Сергеевна?
– Надо чего? – весьма невежливо буркнула женщина. – Ну, слушаю!
– Вас беспокоят с Центрального телеграфа…
– Кого?
– Вас беспокоят с Центрального телеграфа…
– Кому?
– Вас беспокоят с Центрального телеграфа! – заорала я.
– Зачем?
– Знаете Якова Сироткина?
– Где?
И тут только до меня дошло, что милейшая дама пьяна в дым.
– Яшка, – неожиданно протянула Людмила, – ты, что ли? Хрена звонить? Отвали, урод!
В трубке противно запищали гудки.
Я тяжело вздохнула, делать нечего, придется ехать к Ковалевой. Надеюсь, она одна.
Надежды оправдались, Людмила Сергеевна открыла дверь и, чтобы не упасть, ухватилась за косяк.
– Блин, ты кто такая?
– Оператор с телеграфа.
– Оператор, – протянула Людмила, потом икнула и спросила: – Значит, снимать приехала?.. Ну и где твоя камера, блин?
– В машине, блин, – ответила я и, отодвинув даму плечом, бесцеремонно вошла в богато убранную квартиру.
– Эй, эй, куда? – забормотала заплетающимся языком хозяйка.
– У тебя есть марганцовка?
– Ну…
– Где?
– В ванной, – вновь икнула хозяйка, потом нетвердой рукой ухватила бутылку коньяка и попыталась скрутить пробку.
Я выхватила «Мартель» и вылила содержимое в раковину.
Долгая жизнь среди нищих алкоголиков научила меня нескольким крайне простым, но эффективным приемам. Не успела Людмила опомниться, как перед ее носом оказался стакан со светло-розовой жидкостью.
– Это чего, блин?
– Пей, блин.
– Не хочу.
– Давай, давай, коктейль «Крепкий марганец»!
– Коктейль – это клево, – захихикала Людоедка, – уважаю, блин.
Двумя глотками она осушила емкость и прислушалась к своим ощущениям, потом пробормотала:
– Слабоват, не забирает.
– Еще один глотай, – приказала я, – сейчас кайф прилетит.
Алкоголичка послушно опрокинула следующую порцию марганцовки, потом проблеяла:
– Блевать тянет.
– Прошу, – отступила я в сторону, – давай бегом к фаянсовому другу.
– Куда? – прошептала Людочка.
– В сортир.
Хозяйка метнулась к двери санузла, я услышала жуткие булькающие звуки и пошла наливать ванную. Минут через десять побледневшая, но слегка посвежевшая женщина выпала из уборной в коридор.
– Иди сюда, – поманила я ее пальцем.
Очевидно, алкоголь вовсю бродил в ее венах, потому что дама покорилась, не выказывая никакого удивления. Я ввела ее в ванную и сунула в воду.
– Холодно, – взвизгнула пьянчужка и попыталась встать.
