Затем, пожалуйста, Ольга Леонидовна, потом Феликс Ефимович… Все, клинике конец, больше сюда никто не поедет! Ой, горе, ужас!
– Что за девка погибшая, о которой ты вспоминаешь? – поинтересовалась я.
Галя шумно высморкалась и пояснила:
– Видеоинженер у нас работала, если только ее труд можно назвать работой. Пленки в камеру вставляла, операции записывала. В час дня домой уходила, скажи, разве это тяжело?"
"– И что с ней случилось?
– В машине подорвалась.
– Как ее звали? – тихо спросила я, заранее зная ответ.
– Полина Леонова, – ответила Галя и вновь разрыдалась.
ГЛАВА 15
Домой я влетела в крайней степени возбуждения. Впрочем, Тамара, открывшая дверь, тоже пребывала в истерическом состоянии.
Увидев меня, она нервно хихикнула и пригласила:
– Проходи в гостиную.
Я влетела в комнату и увидела парадно накрытый стол, в центре его огромный торт с фруктами и горы булочек. При виде еды желудок противно заворочался. Нет, выпечки совершенно не хочется, но не просить же при гостях тарелочку геркулесовой каши.
Тем более когда у нас в комнате такая дама!
Незнакомая пожилая женщина выглядела словно оживший персонаж картины из моего детского учебника истории «Барыня в гостях у крепостных». Высокая, худощавая, она сидела, совершенно не сгибая спины. Ее каштановые волосы были самым аккуратнейшим образом уложены в старомодную прическу с легким начесом. Очевидно, избрав лет тридцать тому назад этот имидж, она осталась ему верна. Лицо казалось абсолютно ненакрашенным и радовало глаз нежной гладкой кожей, розовыми губами и легким персиковым румянцем.
Но я одно время работала в доме моделей и хорошо знала, сколько стоит косметика, дающая такой естественный эффект. Под стать лицу оказалась и одежда. Элитный светло-бежевый костюм и изумительная шелковая блуза оттенка «мокрый песок». Руки без малейших признаков старческих пигментных пятен демонстрировали безупречный маникюр. Ловко подпиленные ногти покрывал слой лака интеллигентного колера «кофе с молоком». И пахло от мадам соответственно: простенько и со вкусом – духами, которыми она скорей всего пользуется всю жизнь, – «Шанель ь 5», старая добрая классика, творение бессмертной Коко.
И только взгляд – жесткий, цепкий, слегка злой – портил впечатление. Но воспитана гостья была идеально. При виде меня ее губы расплылись в самой приветливой улыбке, обнажив блестящие, великолепно сделанные коронки, а хорошо поставленный голос произнес:
– Спасибо вам, дорогая Виола, за то, что пригрели Ирину.
