Будет сегодня статья или нет? Будет или нет? Ладно, решил он, если не сегодня, тогда уж точно — в следующий раз. Сказали же: в один из первых четырех номеров. А сегодня в продаже уже третий.
Буквально выхватив из рук киоскерши журнал, Руслан отошел на два шага и тут же принялся листать его. Есть! Вот она! И его имя — крупными цветными буквами на глянцевой бумаге.
— Молодой человек, сдачу-то берите! — крикнула ему киоскерша.
Он очнулся. Сдача? Какая сдача? Ах, да… Руслан порылся в карманах, доставая деньги.
— Дайте мне еще пять номеров.
И все-таки не удержался. Добавил дрожащим от восторга и гордости голосом:
— Здесь моя статья. Надо друзьям подарить.
Киоскерша и головы не подняла, считая деньги, а люди из очереди поглядывали на Руслана с интересом и даже, как ему мнилось, с уважением. Надо же, такой молодой, а уже в «Огоньке» печатается.
В течение следующих пяти дней он получал поздравления и чувствовал себя на седьмом небе.
А в пятницу вечером уехал домой, в Камышов, повидаться с матерью, похвастаться перед ней своими достижениями.
Домой он теперь наведывался редко, жизнь в большом городе привлекала его куда сильнее, нежели монотонное существование в провинциальном захолустье. Все друзья его теперь здесь, в Кемерове, и подружки тоже. Но по матери Руслан скучал.
Увидев статью, мать расплакалась, потом крепко расцеловала сына, прижала к себе.
— Ну вот, теперь могу доживать свой век спокойно, — всхлипывая, проговорила Ольга Андреевна.
— Ты на собственных ногах стоишь. Тебя в люди вывела.
— Погоди успокаиваться, — пошутил Руслан, — я, может, еще учиться пойду. На факультет журналистики буду поступать, на вечернее отделение. И вообще, мамуля, что значит — век доживать? Ты у меня еще молодая совсем, красивая. Глядишь, и замуж тебя выдадим. А то неприлично прямо получается, двух сыновей родила, а замужем не была ни разу.
Надо хоть разочек, для порядка, а?
— Да какое там «замуж»! — замахала руками мать. — Мне шестьдесят скоро, а ты все о глупостях.
— Во-первых, еще не скоро, только через три года, — возразил он, — а во-вторых, сколько же можно несчастному Семену Семеновичу голову морочить? И не стыдно тебе? Вы уже лет пять, по-моему, встречаетесь, с тех пор, как я в Кемерово уехал. Вот и зарегистрируйтесь, живите как люди.
