— Работай, Наталья, мы с Сашей сейчас все обсудим и решим, что делать. Ни о чем не беспокойся.
Дверь закрылась, наступила тишина. Как хорошо, что рядом есть такой человек, как Андрей, в любую минуту готовый прийти на помощь! Наташа плотнее запахнула халат и снова углубилась в рукопись. Роман захватил ее глубиной чувств и силой страстей. Этот Руслан Нильский действительно талантливый парень! Ушел из журналистики, осел дома и написал роман. И какой роман! Так и просится на кинопленку.
Руслан объявился неожиданно.
Просто возник на пороге несколько дней назад. Долго извинялся за то, что явился без звонка, но по старому номеру телефона ему никто не ответил, а у Ирины мобильник два дня подряд выключен. Он пришел в квартиру на четвертом этаже, и там ему сказали, что Воронова давно уже живет двумя этажами ниже.
— Ирка опять вовремя за телефон не заплатила, — рассмеялась Наташа. — Вот и отключили за неуплату.
Это регулярно случается, она просто органически не в состоянии делать все вовремя.
— Наталья Александровна, я написал роман, — смущаясь, сказал Руслан, вытаскивая из сумки толстенную папку. — Хотел, чтобы Ира прочитала. Вы ей передадите?
— Никаких проблем, — пообещала Наташа. — Ну что же вы на пороге стоите? Раздевайтесь, проходите, я вас чаем напою, у меня сегодня пирожки удались.
Руслан пробыл у Наташи около двух часов. Говорили обо всем: о снятом Наташей сериале, который в сентябре прошлого года довольно успешно прошел по экранам, об Ире и двух ее новых работах, о самом Руслане, его девочках-близнецах, его уходе из журналистики.
И конечно, о Бахтине. Руслан рассказал о том, как год назад, сразу после приезда Иры в Кемерово, отправился к матери выяснять отношения. Ольга Андреевна переживала скандал тяжело.
— Я предупреждала тебя, сынок, не трогай ты эту историю, — со слезами на глазах говорила она. — Я ведь знала про Мишеньку. И знала, что, если ты докопаешься, наша семья будет опозорена.
— Ты знала? — не верил своим ушам Руслан."
"— Сначала только подозревала неладное. Однажды Миша приехал после выходных, помылся, лег спать, а мне в сарае что-то понадобилось, я туда сунулась и нашла нож. Чужой чей-то, не наш. Ручка деревянная и вся мокрая, как будто мыли ее. В первый-то раз я значения не придала, а потом стала приглядываться к Мише, каким он приезжает после отлучек, и вижу — что-то не то с ним. И каждый раз нож мокрый.
