И еще у нее есть вредная привычка заниматься на кухне, потому что Катька — жуткая обжора, ей постоянно надо или пить чай, или что-нибудь жевать, а поскольку все время ходить из комнаты в кухню ей лень, она устраивается поближе к холодильнику, раскладывает на всех столах свои книжки и конспекты и торчит на кухне, не давая Саше возможности приготовить поесть. А тетя Люся без конца делает ему замечания и учит жизни. И что самое мерзкое — постоянно говорит ему гадости про мать. То есть про Наташу.
И нет у него никаких сил все это выносить.
Незадолго до Нового года, после очередного скандала, разгоревшегося из-за лампочки на кухне, на этот раз не выключенной Катей, Андрей решительно сказал:
— Их надо разводить по разным квартирам.
— То есть разменивать коммуналку? — испугалась Наташа. — И что будет?
— Ничего особенного. Четыре однокомнатные квартирки, для Иры, Саши, Алеши и Люси с Катей. Для Люси с Катей можно и двушку выменять, если подальше от центра.
А если Иришка пропишется к мужу, то из вашей четырехкомнатной коммуналки можно сделать три очень приличные хаты в хороших домах и в хороших районах.
Наташа покачала головой. Ира ни за что не пропишется в квартиру к Мащенко, ей намного спокойнее жить, зная, что в случае чего есть куда уйти. Кроме того, она даже вопрос так поставить не может, чтобы муж и его родители не сочли ее корыстной хищницей, намеревающейся в случае развода претендовать на часть жилплощади. До тех пор пока Ира остается прописанной здесь, никто не даст разрешения на смену собственника квартиры, если не будет четко указано, куда выбывают все ее жильцы.
Значит, при расселении необходимо получить квартиру и для Иришки.
— Ничего не выйдет, — сказала она, — Ирину нельзя оставлять без жилья.
— Хорошо, значит, будут четыре квартиры, но похуже. В любом случае этот узел надо развязывать, пока они там с ножами друг на друга не начали кидаться.
— Может быть, лучше уговорить Сашу жить с нами? — робко предложила Наташа.
— Пусть Люся с Катей сами друг с другом разбираются. Мать и дочь уж как-нибудь договорятся.
— Тебе самой не смешно? — строго спросил Ганелин. — Ты готова оставить сестру с дочерью вдвоем в огромной четырехкомнатной квартире? Ради чего? Чем они заслужили такую благодать? Твои сыновья выросли, Наташенька, милая моя, пойми это наконец. Они скоро захотят жениться, им нужно собственное жилье.
