Это верно, вставал он по утрам тяжело, с трудом, по миллиметру выдергивая себя из сна, то и дело сдавая завоеванные позиции и проваливаясь в дремоту.
— Как ты думаешь, Русик, твоя мама приедет? — спросила Яна за завтраком.
— Надеюсь. Но что-то слабо верится. Во всяком случае, когда я вчера ей звонил, она сослалась на нездоровье и заранее извинилась.
— Она на тебя так сильно рассердилась? — В голосе девушки звучало искреннее сочувствие.
— Сильно, — кивнул Руслан.
На самом деле словосочетание «сильно рассердилась» не передавало сути.
Ольга Андреевна была в ярости. И хотя со времени той поездки домой на майские праздники, когда Руслан представил матери Яну, прошло больше двух месяцев, он до сих пор не мог без содрогания вспоминать разговор с матерью и последовавший за этим скандал.
— Мамуля, а что тебе нужно было от Бахтина? — спросил тогда Руслан. Спросил как будто между прочим, совершенно спокойным тоном. В тот момент все четверо — мама с Семеном Семеновичем и он с Яной — сидели на веранде и пили чай.
Ольга Андреевна вздрогнула, быстро поставила чашку на блюдце, расплескав чай.
— Я не понимаю, о чем ты, — ответила она, пряча глаза.
— Восемь лет назад, в девяностом году, ты искала его. Записала его служебный адрес и телефон. Ты хотела с ним встретиться? Зачем?
— Ничего я не хотела. Откуда ты это взял?
— Вот отсюда.
Он вытащил из нагрудного кармана рубашки записку и положил на стол перед матерью.
— Это название фирмы Бахтина и его телефоны. И почерк твой.
Ты можешь это как-нибудь объяснить?
— Я не буду ничего тебе объяснять. — Ольга Андреевна уже пришла в себя от неожиданности, и ей даже почти удалось взять себя в руки. — Откуда у тебя эта бумажка?
— Тетя Соня отдала вместе со всеми твоими вещами. Мама, ну пойми, бессмысленно же отпираться, все и так ясно.
— Что тебе ясно? Если тебе все ясно, тогда не спрашивай.
Мать сильно нервничала, это было видно не только Руслану, но и Семену Семеновичу, который успокаивающим жестом погладил Ольгу Андреевну по руке и встал.
— Яночка, пойдем в дом, — сказал он примирительно, — у матери с сыном семейный разговор, не будем им мешать.
Янка, верный товарищ, нагнулась к Руслану, сделала вид, что целует его в щеку, и шепнула:
— Мне остаться?
— Не нужно, — тихо ответил он. — Мы сами разберемся.
— Мама, нам пора объясниться, — решительно начал Руслан, когда они остались одни. — Я уже много лет пытаюсь выяснить правду о смерти Мишки.
