Я тебя уверяю, если бы вчера вечером в квартире не оказалось никого, кроме случайно забежавшей в гости Иринки, они посоветовались бы с ней и сочли бы вопрос исчерпанным. Вот мне и стало интересно, как будут развиваться события дальше. Значит, они все-таки сочли нужным с тобой поговорить?"
"— Да нет, это я сама напросилась. Ввалилась к ним в комнату и стала требовать ответа, почему они не пошли на тренировку. Если бы не спросила, неизвестно, когда бы они сообразили, что нужно поговорить со мной. Смешно…
— От чего тебе смешно?
— Выросли они.
Как-то быстро все получилось, я и спохватиться не успела, а пора уже об институте думать, об армии. Я к ним отношусь как к несмышленым малышам, а они уже профессию себе выбрали. Сами решения принимают. У вас с Мариком тоже так было?
— Точно так же, золотая моя. Не переживай, все нормально. Ты больше ничего не хочешь мне сказать?
Вопрос показался Наташе странным. Он звучал так, словно Бэлла Львовна дает ей понять, что пора уйти, если нет больше никаких дел.
С чего бы это?
— Вы меня выгоняете? — напрямик спросила Наташа. — Я вам помешала? Извините.
— Да ты с ума сошла! — возмутилась соседка. — Как это ты можешь мне помешать? Я имела в виду, не хочешь ли ты кое о чем поговорить со мной.
— О чем?
— О тебе. И о твоем муже. Мне давно кажется, что у вас не все гладко. Но в последнее время все стало как-то иначе. Нет? Мне показалось?
Наташа бросила испуганный взгляд на мать, но та увлеченно смотрела телевизор.
Наушники надежно защищали ее слух от всего, что могло бы нарушить ее душевное равновесие.
— Что вы, Бэллочка Львовна, — залепетала Наташа, чувствуя, как запылали щеки, — у нас все хорошо. Просто Вадик очень много работает, сильно устает, поэтому вечерами бывает злым и раздражительным. Вот соберем деньги, отселим Люсю с Катюшей, ему не нужно будет так много работать, он отдохнет, успокоится. Все хорошо, честное слово.
— Золотая моя, — усмехнулась Бэлла Львовна, — мне семьдесят шесть лет.
Я еще недостаточно стара для того, чтобы впадать в маразм. Но в то же время достаточно немолода, чтобы кое-что понимать в жизни. Ты давно разлюбила Вадима, это видно невооруженным глазом.
— Вам видно? — глупо спросила Наташа.
— Конечно. Со стороны просматривается просто прекрасно. Я еще удивляюсь, как сам Вадим этого до сих пор не понял.
— Он хороший муж и хороший отец, — продолжала упорствовать Наташа. — Я не имею права его не любить.
