"
"Но никаких кинопроб не было. Ее сразу посадили к гримеру, молодому парню, который почти ничего не делал, только прическу изменил и тон-пудру наложил. И сразу же после этого ее повели в павильон, где была выстроена декорация, имитировавшая какое-то общественное место, не то отделение милиции, не то больницу. Коридор со стульями и дверьми, на стульях сидят люди разного возраста и по-разному одетые.
— Вы сидите вот здесь, — стал объяснять ей режиссер, — вам плохо, голова болит или еще что-нибудь в этом роде.
Мимо вас проходит мужчина, вот этот, — он показал на стоящего неподалеку актера, болтающего с бородатым толстяком, — вы пытаетесь схватить его за руку и говорите: «Але, мужик». Все. Поняли? Только два слова: «Але, мужик». И за руку хватаете.
— Поняла, — послушно кивнула Ира.
— Давайте попробуем.
Они два или три раза прорепетировали сцену, Ира хватала актера за руку и несчастным голосом произносила:
— Але, мужик…
Актер брезгливо отдергивал руку и быстро проходил дальше. Когда режиссер остался доволен репетициями, сняли несколько дублей.
Весь эпизод занимал ровно три секунды.
— Спасибо, девушка, — поблагодарил ее бородатый. — Можете чувствовать себя свободной. Вас проводить?
— Не надо, я найду дорогу, — улыбнулась Ира. — Я здесь часто бываю, не заблужусь.
Ей казалось, что если она бывает здесь часто, то этот бородатый, а вместе с ним и режиссер должны отнестись к ней как-то по-другому, как к своей, что ли… Но он, казалось, пропустил ее реплику мимо ушей.
— Ну и хорошо. Я Наталье позвоню насчет денег.
— Каких денег? — не поняла она.
— Вам же причитается гонорар за съемки.
Он больше не сказал ей ни слова, повернулся и помчался в другой конец павильона решать какие-то важные кинематографические задачи. Ира поняла, что о ней здесь уже все забыли, и побежала в другой корпус, туда, где ее оставила Наташа.
— Ну как, — спросила Наташа, когда вышла наконец из начальственного кабинета, — сняли тебя в эпизоде?
— Сняли, — гордо подтвердила Ира, бодро вышагивая рядом.
— Трудно было?
— Да чего там трудного-то? Элементарно, Ватсон! Еще и гонорар обещали заплатить. Как ты думаешь, много дадут?
— Три рубля, — бросила Наташа, не останавливаясь. — Или меньше.
— Сколько-сколько?!
Ира даже задохнулась от возмущения. Ее снимали как настоящую актрису, гримировали, причесывали, репетировали, и за все это заплатят только каких-то несколько жалких рублей? Не может быть!
— На больше ты не наработала.
