Пятнадцатилетняя девица с крашеными «в полосочку» волосами сидела в скверике в компании еще двух девочек и двух парней сомнительного, как показалось Игорю, вида. Он остановил машину и подошел к ним.
– Привет! – хмуро процедила Лялька, увидев его. – Ты к Женьке? Иди скорей, он уж заждался, с самого утра готовится.
Под словом «готовится» подразумевалась легкая выпивка, Игорь это знал. Неужели Женька успел к вечеру набраться? С одной стороны, это плохо, потому что пьяный Замятин становился совершенно невыносимым. Но с другой стороны, может, и к лучшему.
Через короткое время алкоголь совсем свалит его с ног, и Игорь сможет с чистой совестью уйти.
– И что, старательно готовится? – с любопытством спросил он. – Много выпить успел?
– Не так чтоб очень. Но разговоров… Фотки из всех альбомов повытаскивал, раскладывает их на полу, перекладывает, бормочет чего-то. Не разберешь.
Лялька откинула рукой со лба прядь зеленого цвета, и Игорь заметил на ее запястье тонкий браслетик из желтого металла. Бижутерия? Или золото?
– У тебя обновка? Симпатичный браслет, – дежурно произнес он, чтобы сказать что-нибудь приятное.
Лялька казалась ему славной девчушкой, несколько излишне «попсовой», но это издержки возраста.
– Золотой, – не скрывая гордости, ответила она.
– Ну? – искренне удивился Игорь. – Откуда?
– Женька подарил.
– Дорогой, наверное?
– Он сказал – сто баксов.
– Круто. Разбогател твой дядюшка, а? С каких это пор?"
"– Это ты у него сам спроси. Он нам денег не дает, все скрытничает, а потом – раз! – и подарок какой-нибудь покупает.
Мне браслет, матери пальто кожаное. Бабушке даже сервиз подарил, «Мадонну», она всю жизнь о таком мечтала. И чего в нем хорошего? Ни красоты, ни стиля, средневековье какое-то. Я ему говорила, Женя, давай, если деньги есть, лучше купим французскую посуду, она модная и не бьется. А он отвечает, мол, на свое модное сама себе зарабатывай, а у матери мечта была. Придурок какой-то, честное слово!
– Ладно-ладно, ты потише, – строго сказал Игорь, – он все-таки твой дядя.
Выбирай выражения. Ну, счастливо тебе потусоваться, я пошел.
Женька выкатился ему навстречу в камуфляже, с неизменной сигаретой в углу рта. Вопреки ожиданиям, он был скорее трезв, чем пьян. Игорь выставил на стол купленную в магазине водку, отвинтил крышку, разлил в три рюмки, одну из которых по православному обычаю Женька накрыл кусочком черного хлеба. Посреди стола в рамке стояла фотография Потоцкого с черной ленточкой по диагонали. Выпили за помин души не чокаясь.
